Одержимость тёмного генерала

Единственное, что она умела, так это переводить с марильского на бриольский и наоборот. Иногда ей приносили письма или книги, и тогда Аделина часами сидела, переписывая тексты. За это Дэвин, владелец соседней лавки, платил прилично. Жаль, ему не слишком часто требовались ее услуги.

Если бы не выходка Слейда, сейчас они бы уже находились в банке.

— Госпожа, а что происходит? Хозяин вернулся сегодня под утро сам не свой, разбил в столовой новый сервис, — шепотом обратилась к ней горничная.

— Ничего, Гретта. Он проснется — и сам все расскажет, — вздохнула Аделина.

Она понятия не имела, как Слейд намерен выкручиваться.

— Я сделала все, что вы вчера велели. Будут еще какие-то поручения?

— Нет. Пока ничего не нужно, — нашла в себе силы улыбнуться Аделина.

— Ох, и не нравится мне все это, — пробормотала Гретта, после чего ушла на кухню, шептаться с поварихой Глорией.

Проснувшись после полудня, Слейд Флетчер действительно собрал слуг. Но лишь для того, чтобы сказать всем, что они уволены.

Причины он не объяснял.

Да и сам вскоре уехал, сообщив Аделине, что ему нужно уладить еще некоторые насущные вопросы. Карета, к счастью, пока оставалась в их распоряжении, как и лошади.

К вечеру в особняк вместе с мужем прибыл незнакомый делец, который неторопливо обошел весь дом, ведя опись того, что еще можно продать.

Аделина следила с замиранием сердца, но в разговор мужчин не вмешивалась, опасаясь реакции Слейда, один вид которого напоминал грозовую тучу.

— Я дам вам за все, что мы отметили, четыре тысячи фертов, — скрипучим тоном заявил делец, сосчитав возможные приобретения.

— Так мало?! — поразилась Аделина.

— Мебель далеко не новая, я потом не продам ее дороже, — смерив хозяйку недовольным взглядом, пояснил мужчина.

— Я могу продать свои картины!

— Твоя мазня никому не нужна, дорогая, — процедил Слейд, раздраженно посмотрев на изображение корабля. Его Аделина любила больше всего и нарисовала по памяти. Именно такой частенько заходил в гавань Марилии, около которой находился дамский пансион.

Тогда, гуляя по пристани, она могла смотреть на фрегат часами.

— Верно, спроса на картины все равно нет, — подхватил гость. — Ну, так что, мы договорились?

— Договорились, — вынужденно согласился Слейд.

Когда мужчина ушел, Флетчер направился в свою спальню. Аделина же пошла в столовую, не желая общаться с супругом, который все еще пребывал в отвратительном настроении.

Дом постепенно становился пустым и словно чужим. Хотя так оно и было.