Чайка с острова Мираколо

Толпа вокруг них сдвинулась плотнее, а одобрительные возгласы переросли в восхищенные. Мне стало интересно. Покинув дамскую компанию и вооружившись парой улыбок, я смогла подобраться поближе, чтобы взглянуть на заветный листок. И онемела. Безусловно, это была Венетта. На расчерченном листе легко угадывались контуры города, очертаниями похожего на рыбу. Буквой «s» извивалась широкая лента Большого канала, в правой части карты четким прямоугольником выделялся Арсенал... Сверху был мастерски изображен Герси, воздушный дух, усиленно надувающий щеки.

Внизу Геликон усмирял бушующие волны своим трезубцем. Но главное, что меня поразило — как верно художник ухватил перспективу, и как точно он запечатлел сложную сеть каналов, опутывающую весь город. Такую карту мог бы нарисовать Пульчино, если бы умел держать стилус.

Я отшатнулась, внезапно почувствовав головокружение. Что за человек был Луиджи Манриоло? И человек ли? Быстрый взгляд в его сторону показал, что пока я вместе с остальными восхищалась искусно сделанной картой, он внимательно изучал меня.

Мы присматривались друг к другу с настороженностью двух хищников. На какой-то миг в глазах «лютниста» мелькнул веселый огонек — и сейчас же его лицо снова приняло непроницаемое выражение, будто где-то в голове у него захлопнулась дверь. Я раздраженно подумала, что, кажется, начинаю разделять нелюбовь Алессандро к маскам.

— Весьма, весьма интересно! — воодушевился доктор Фалетрус. — Обычно для построения карты городские улицы измеряют шагами, а здания — мерными веревками.

Но для Венетты эти методы неприменимы. Как же вам удалось нарисовать такое чудо?

— Это было наитие свыше, синьор, — улыбнулся загадочный гость.

Поскольку Фалетрус настаивал, Манриоло пустился в длинные объяснения, иногда вставляя мудреные словечки вроде «тригонометрический», «градусы» и т.п. Большинство гостей быстро утратили нить беседы, один только Фалетрус весь обратился в слух. Он даже покраснел от волнения, а на его лбу выступил пот. Я испугалась, как бы старика не хватил удар от усилий.

Дон Арсаго, наверное, тоже забеспокоился, так как похлопал доктора по плечу:

— Давайте-ка сделаем перерыв. Лучше плесните себе вина, да и мне заодно. Я помню, что вы тоже любите саонское. Карты господина Манриоло поистине изумительны, а проект с каналом, хоть и не лишен риска, может обернуться для нас большой удачей...

Фалетрус послушно занялся подносом и кувшинами, оставив Манриоло нежиться в лучах славы.