Свет Илай

Я слушала внимательно, но, несмотря на сегодняшний день, полный крови и смертей, никак не могла осознать, что всё это происходит со мной в действительности. И мне, в самом деле, надо уметь защищать свою жизнь. Как-то не вязалось всё это с моим воспитанием, счастливым и беззаботным детством.

— Старик, но ты говорил, что я маг! — вдруг вспомнила я его же слова. — Зачем мне меч, если я могу воспользоваться магией?

— Магией? — Старик расхохотался. — Ну, что ж, попробуй, воспользуйся.

Я смотрела на него, и вдруг до меня дошло, что я понятия не имею, а что, собственно, нужно сделать, чтобы бросить огненный шар, скрутить воздушное лассо, или, что там ещё выделывали маги в кино?

— А как?

— Этому тебя в школе магии научат.

Я могу только показать, как мечом защитить свою жизнь. А по поводу магии… надо еще выяснить, с какой магией ты можешь работать. — Яр говорил мне все это жестко, коротко, как будто гвозди вбивал. В другое время, я бы, наверное, обиделась на него уже за тон, которым он мне всё это говорил. Но вот его глаза, они говорила сами за себя — Яр переживал. Он действительно переживал за меня.

И он стал учить меня, как вставать в стойку, как отражать удары, как наносить их. Но уже через пять минут мои руки предательски задрожали и категорически отказались держать меч. Тогда мы перешли на палки, благо, Эдрин привёз их целую кучу. Потом меня пытались научить, как кидать ножи, но руки, уставшие от тренировок не слушались и нож из них просто вываливался, потом… А потом Эдрин позвал нас ужинать, за что я была ему безмерно благодарна.

Мы сидели у костра, и ели овощи, запечённые на палочках.

«Хорошо, что не суп…» — пронеслась в голове одинокая мысль, — «…не то осталась бы голодной». А после, с облегчением привалившись спиной к стволу дерева, росшего неподалёку, я прихлёбывала из кружки травяной отвар, и с любопытством смотрела в черное небо, усыпанное незнакомыми мне звездами и незаметно для самой себя задремала.

… Илай шла по торговым рядам, держа в руке конфету на палочке.

Я чувствовала ее сладковатый, с легкой кислинкой, вкус. Пробираясь вслед за Илай по рядам, я вдруг поняла, что принцесса, по меркам этого мира, еще слишком мала, чтобы гулять по этому людскому столпотворению одной. Я повертела головой, но ни охраны, ни какой-нибудь завалящей няньки не увидала.

Она что, гуляет тут одна?

— Конечно одна, — неожиданно прозвучало в моей голове. — Я всегда гуляю одна. Мама с папой слишком заняты своими делами.