Свет Илай

На станции работала наша соседка, Людка Белкина, и в тот день, как раз, была её смена. Вот она то и рассказала всю дальнейшую историю, над которой смеялась вся деревня.

«Галина то наша перечить не стала. Пакеты с колбаской и другой снедью на ленту для проверки поставила, а вот сумка с гирями, крупой, да солью, на ленту не уместилась, и она ее на металлические ролики поставила. Аккуратненько так поставила. И пошла ждать, когда ее пакеты да сумка с обратной стороны покажутся. Стоит, ждет, когда сумка из-за черной занавески выкатится, а ее все нет и нет.

Вот тут-то её терпение и кончилось. С пылающим от праведного гнева лицом, широко раздувая ноздри, она своей мощной грудью придавила к стенке полицейского, что за аппаратом сидел, уставилась на него своими глазищами и, потрясая своими пудовыми кулаками, потребовала.

— А ну, сказывай, где мои гантельки для сыночки? Учитель физкультуры велел, а то он у вас, говорит, хиленький. А ваш рентгент их сожрал.

Мамочки родные! Что тут началось!

Полицейский, хоть и здоров был, а оторвать сумку от роликов не может, чтоб на ленту поставить. Тогда он по роликам докатил ее до ленты, и, как говорится, с божьей помощью впихнул ее внутрь аппарата. А когда сумку рентгеном просветило, то подошли еще двое полицейских. А потом еще. И ещё.

— Женщина, а гирьки то кому везете? — спрашивает Галину один, из вновь подошедших полицейских. Старший, коли судить по звёздочкам.

— Так, это, сынуле, — отвечает ему наша Галка, — он у меня уже в четвертом классе учится.

Так не поверите, бабы, ни один из них даже не улыбнулся. Зато всем отделением, раскрыв рты, они смотрели, как наша Галя сумочку с гирьками так легоненько подхватила и спокойно, ну прям, как ледокол по первому льду на осенней реке, сквозь толпу поплыла».

Как давно это было…

И вот, сейчас Галина Вячеславовна стояла передо мной.

— Дак, это ж Светка! Что ж ты, паскуда, на похороны бабки то не явилась? — напустилась она на меня.

— Какой бабки? — не поняла я, — Я к бабе Нюре на лето еду. Приехала, то есть. Да в дороге вот, уснула.

— Да похоронили ее, уже недели две как, — встряла еще одна тетка, и сразу юркнула за широкую спину Галины Вячеславовны.

А я пялилась на них, и ничего не понимала.

— Тетки, да вы чего? Да мы с бабушкой постоянно перезванивались… правда, в последнее время телефон у неё часто был не в зоне доступа, но так и раньше бывало.