Охота на ламию. Институт неблагородных

Обычное лицо сердечком, бесцветные «жабьи» глаза, длинный нос — в обычной жизни посмотришь на неё раз, а отвернувшись, и не вспомнишь, как она выглядит. Но лишённая Дара, она стала казаться загадочной и отрешённой, будто знала какую-то тайну, не доступную для понимания обычными смертными.

Я всё вглядывалась в заострившиеся черты лица и не могла отвести взгляда, пока гранда Тулия не сунула мне в руки бокал с водой.

— Пей, — коротко бросил Гумонд, вставший по правую руку.

— Что это?

Я опустила глаза, заставив себя оторвать взгляд от девушки, лежащей на кровати, раскинув руки ладонями вверх.

В центре каждой из них расползлось тёмное пятнышко размером с пятисеутную монету. И когда я уже хотела обратить внимание присутствующих на столь явный знак, гранда Тулия и подала мне бокал с чистой водой.

Но так казалось только на первый взгляд. Чутьё ламии подсказывало, что в воду капнули несколько капель крови.

— Это то, что поможет стабилизировать последнее видение девушки и расширить его.

Так мы получим больше сведений о виновном, — пояснил Гумонд, и в руке Дракона блеснуло круглое зеркальце без оправы.

Я оглянулась на Волкодлака, но тот отошёл в сторону, делая вид, что занят крайне интересным делом: рассматриванием журналов списанных ингредиентов, который исправно и педантично вела целительница. Гранда Тулия стояла там же, держа в руках потухший аудиовизуальный экран.

— Готовы? — нетерпеливо спросил Дракон, коснувшись моей руки.

— Это ведь её кровь? — уточнила я, уверенная, что знаю ответ.

Зеркальную магию проходят на последнем курсе, у меня пока не было этих занятий, но Магию крови я знала и чувствовала превосходно, поэтому обмануться не могла. Я должна попробовать на вкус кровь другой ламии.

Если верить теории, меня потом будет мутить, словно я перепила алкоголя, но разве это большая цена за то, чтобы остановить преступления над моими сотоварками?

— Быстрее, я не могу долго контролировать его, — выдавил Гумонд, не отвечая на вопрос.

Мельком взглянув на его посеревшее лицо, я решилась и поднесла бокал к губам. Раз, два, три. Кончено. Я проглотила влагу, пахнущую горечью, на вкус жидкость напоминала огонь. И закрыла глаза.

А потом услышала. Голоса, мужской и женский, доносились издалека, будто я стола у открытого окна в соседней комнате с говорившими. Вначале слов было не разобрать, приходилось напрягать слух, но потом гул, стоявший в ушах, утих.