Мурлыкать и танцевать

— Дедушка ей, вроде как, не запрещал, но предупредил, что ничем хорошим свадьба не кончится. А она не поверила. Не такой он и не такой, понимаешь ли. Вот как после этого отцу не верить, когда он говорит, что бабы — дуры? Была б матушка умная, жила бы с кем-нибудь другим, и все было бы хорошо. Ну или хотя бы не так тоскливо. За ней, говорят, все столичные щеголи бегали, так она хороша была.

— Мыррруррр, — протянул кот укоризненно. Как коты могут быть укоризненными и могут ли вообще, Элсбет и представить себе не могла, но у этого конкретного хвостатого определенно получилось укоризненно взмуркнуть.

Что-то он осуждал, но вот что? Элсбет аккуратно сняла неожиданно тяжелого зверя с себя и посадила рядом. Тот только заворчал недовольно, прищелкивая зубами, точно человек бранился!

4

Элсбет погладила его по голове и спросила:

— Ну вот что ты ругаешься, пушистый? Видишь, и так мне тоскливо. Я бы, может, хотела просто танцевать с графом и ни о чем не думать, но…

— Мррр? — кот важно облизнул лапу и посмотрел ей прямо в глаза.

У нее осталось отчетливое ощущение, что он спрашивает: «Но?»

— Но, дорогой мой мохнатый друг, я — это всего лишь я. Глупая некрасивая девица, из всех достоинств которой — богатое приданое. Да, я хотела бы! И чтобы на меня кто-то смотрел, как он, только искренне, и танцевать, гордясь собою, как супруга герцога Орлесского, например — она такая!.. Как статуэтка точеная, и волосы черные, как смоль, и осанка, и походка… куда уж мне.

В общем, хотела бы. Он красивый. Умный. Обаятельный в конце концов! И даже если впрямь останется просто бароном — ну и ладно, такие всегда сами своего добиваются.

Но… я не хочу быть никому в тягость. А меж тем, даже тебе жалуюсь, хотя ты просто кот, и уж точно не должен выслушивать чужих горестей. Ты должен молоко пить. Рыбу есть. Птичек ловить и мышек, наверное. Или заморские деликатесы для котов за обе щеки трескать. А я тебе душу изливаю. Знаешь, пушистый, давай я сбегаю на кухню, и, если там кто есть — попрошу молока налить в блюдце. А если совсем все спят или в увольнительной, тогда сама налью. Подожди меня, хорошо?

Не дожидаясь ответа от зверя, Элсбет убежала на кухню. Как она и думала, там никого не обнаружилось, но где стояло молоко она знала — холодильный шкаф им сам Россетти в качестве жеста доброй воли и зачаровывал, и она за ним тогда подглядывала, не удержавшись от желания посмотреть на знаменитого волшебника за работой. Да и всякая мелочь, вроде блюдец… ну показывала, конечно, кухарка.