Марена и Кощей

Я хочу, чтобы причин ее приближать у него было, как можно меньше.

— Но ведь царь все равно умрет, — заметила Марена.

— Я готовлюсь к этому, — спокойно ответил Кощей. — Если царем станет Ярослав, к тому времени, я должен выдрессировать его, как собаку, чтобы вовремя прятал зубы. Во благо нашего государства разумеется. Лишь мне с моим опытом виднее, как вести нас дорогой процветания.

— Как самоуверенно, — сказала Марена.

— Я прожил более тысячи лет, ведьма. Мне положено быть самоуверенным.

— Но как я помешаю браку князя… Я всего лишь знахарка.

— А вот это уже твои проблемы. Оставайся мне полезной, и я, возможно, помогу тебе вспомнить прошлое.

— Но…

— Тшш! — Кощей приложил палец к губам. — Слишком много вопросов. Ты меня уже утомила. Ступай к себе, и подумай, что ты готова отдать, если Ярослав жениться на Елене.

Марена наигранно раскланялась, сделав реверанс, прямо как знатная иностранка. Уже в избушке она дала волю чувствам. Топнула, вскрикнула, громыхнула дверью, и едва успела вытянуть руки и поймать большого, черного, жирного кота, который рухнул ей буквально на голову.

— Ну и что творишь? Что творишь, а? — промурлыкал он, сверкнув яркими, как пламя, синими глазами. — Убить меня захотела? А я так сладко на жёрдочке спал.

Глава 7

— Смотри…

В начищенной до блеска бронзе отражается его лукавая улыбка. Одной рукой он ласкает ее грудь, раздвигает коленом бедра. Жар и влага. Сумасшествие. Жажда плоти, жажда быть растерзанной, как птичка в его клыках и когтях, чтобы брал ее тело и душу, чтобы от криков и стонов болело горло.

Есть ли в этом мире, кто-то греховнее, чем она в объятьях Кощея? Есть ли кто-то в этом мире, кого бы так же жадно он целовал?

Мужчины и женщины не творят подобного в постели… Даже потуши все свечи и лучины, под оком неба, не смыть всей грязи с их тел!

— Смотри…

Она надавливает коленом на ее промежность, добираясь до влажного и нетерпеливого жара.

Этого мало, и он это знает. Толкается в нее коленом. Но не дает обещанного.

— Смотри…

Проклятье и нелепость! Что же ты забыла, что должна кричать и звать на помощь, а не ублажать этого бесноватого злодея… Забыла, что он сотворил с той деревней, с тобой, следишь за коварной игрой его глаз и слов, но знаешь, что должна любой ценой уничтожить своего противника…

— Смотрю, — говорит Марена, и вонзает в грудь Кощея острый нож, — позволь мне убить тебя.

И проснулась.

Вчерашний, ночной гость сидел на уголке стола, черный, жирный, лоснящийся, и следил за ней синими глазами.