Ангел, шельма и одноглазый кот 2

- Интересно, это название или… или что? Что вообще такое, этот «волюм»?

Ответа на свой вопрос я не ждала, всеми силами пытаясь припомнить, что там мне втолковывал Сатус в перерыве, между снисходительной оценкой моих умственных способностей и угрозами.

Но ответ поступил.

Не в том виде, в котором его можно было бы ждать, а в виде судорожного вздоха, вырвавшегося сквозь крепко стиснутые зубы. В тишине погруженного во мрак кабинета этот звук показался оглушительнее выстрела дробью.

Я замерла в полусогнутом состоянии, ощутив пробежавшие по спине потоки воздуха, спровоцированные чьим-то движением.

Страшно стало так, что ноги практически вросли в пол, сердце заколотилось о ребра с такой силой, словно пыталось пробить себе дорогу на волю и сбежать, оставив меня самостоятельно разгребать разом обрушившиеся на бедовую головушку проблемы. Но вдруг, прорвавшееся сквозь окутавшую мозг липкую паутину страха неожиданное предположение заставило задуматься над очень логичным вопросом – а что, если это мистер Элиот? И он уже был здесь, когда я вошла?

Желание увидеть того, кто застыл за моей спиной оказалось сильнее страха, и подтолкнуло к действиям.

Только на этот раз я решила быть чуть находчивее и предусмотрительнее, чем обычно.

Подавшись корпусом вперед, я сделала вид, будто делаю шаг к полкам, но вместо этого в последний момент отпрыгнула в сторону и обернулась. Как выяснилось, очень вовремя – мимо моей головы с тихим свистом пролетело что-то, блеснувшее сталью и вонзившееся в корешок одной из рукописей.

Как раз на уровне того места, где еще пару секунд назад находилась моя голова!

Кинжал!

В меня швырнули кинжалом!

Оторвав взгляд от того, что могло бы оборвать мою бестолковую жизнь, я уставилась на темную фигуру, застывшую посередине кабинета.

Узнать в таинственном и безмолвном силуэте убийцу Милены, виденного мною в переулке, не составило труда. Мозг быстро опознал рослую стать, уверенную позу, широкий разворот плеч и длинное темное тяжелое одеяние в пол с наброшенным на голову капюшоном, полностью скрывающим лицо.

На его месте, из-за сосредоточения беспроглядной тьмы, мне виделась пропасть, куда вот-вот должно было утащить и меня.

Сознание захлестнуло воплем, в котором паники было столько, что хоть ножом режь. Но вопил не только мозг, вопил весь организм целиком с активным задействованием голосовых связок.

Однако стоило мне только открыть рот, как из-под тяжелых черных складок возник еще один клинок.