Ассистентка

Этот день также был призван стать одним из рутинных. Когда, привычно открыв дверь своим ключом и переступив порог, я услышала.

— У нас новый клиент! — чрезмерно бодрым голосом крикнул мне мой начальник, пока я вешала пальто на плечики. — Очень интересненькое дельце! Давай быстрее!

Тем временем раздался лёгкий стук. Кристовский крикнул:

— Войдите!

В комнату шагнула женщина. Очень хрупкая, сутулая и вся какая-то скукоженная. Присев на край пустого стула, она подняла на нас свои глаза, но смотрела не прямо, а как будто мимо.

Я огляделась раздумывая, где мне притулиться. В углу за шкафом стояла банкетка Правда в этот раз на ней лежала стопка пухлых скоросшивателей, аккуратно переложив их на пол, заняла своё место и достала блокнот, чтобы записывать слова грустной посетительницы. На месте шефа сидел высокий, по киношному красивый брюнет с белоснежной голивудской улыбкой. С тонкими чертами лица, высокими скулами и изысканной модельной стрижкой. Он был одет в твидовый пиджак в изящную сине-коричневую клетку.

Из кармана выглядывал шёлковый тёмно-синий платок, приколотый булавкой. Но у меня не было времени ни любоваться, ни удивляться.

Потому что в этот момент женщина заговорила. У неё оказался приятный мелодичный голос.

— Я хочу умереть, — коротко и веско произнесла она.

Какого самообладания мне стоило, чтобы не заорать «почему?» — не представляю. Закусив губы, я смотрела на посетительницу и пыталась не вмешиваться.

— Ясно, — понимающе кивнул Глеб Ростиславович, чей палец украшала известная мне тернистая татушка.

— Когда?

Теперь я уже хотела заорать на него! Какое равнодушие!

— Да хоть сейчас. Понимаете, я осталась совсем одна, мне не для кого жить. Моя дочь.., — голос женщины дрогнул. — Два года назад… Погибла… Утонула, — теперь она уже практически из последних сил сдерживала всхлипывания. — Поехала с друзьями на пикник… Баловались, купались, началась гроза, когда она была в воде.., — рыдания всё-таки вырвались из неё. — Не вернулась… Нашли через три дня… А муж. Мужа не стало еще когда Сонюшка маленькая была.

А на прошлой неделе умер кот. Я не могу больше никого не терять. Я не могу быть одна.

Слушая её, Глеб Ростиславович планомерно кивал. На его красивом, интеллигентном лице не отражалось ни лучика сострадания.

— И вот… я готова заплатить…. Говорят, вы помогаете в этом…. Но у меня будет одна просьба, вы можете проследить, чтобы деньги от продажи квартиры пошли в фонд помощи бездомным котам и кошкам? — тихо закончила женщина.