Полуночные тайны Академии Грейридж

…Растерянность.

Да, я была порядком растеряна и не знала, как поступить в сложившихся столь причудливым образом обстоятельствах. Декан Берг уперся, решив во что бы то ни стало выиграть Полуночные Игры. Пусть не собственноручно – в них участвовали только адепты Магических Академий. По его плану победить в них должны ученики Факультета Боевой Магии, что доставит ему несомненное удовольствие.

Ради своей цели он был готов на многое, не чураясь запугиваний и шантажа.

Но, помимо несомненного удовольствия декана, это было еще очень и очень лестно.

Победившая в Полуночных Играх Академия на следующие четыре года называлась лучшим Магическим учебным заведением не только Талии, но и всего Обитаемого Мира.

Нам, в Нубрии, конечно, до этого не было дела, как, впрочем, и им до нас…

Но в чем-то нашего декана я понимала – кто в здравом уме откажется от подобной чести и престижа?!

Подозреваю, именно поэтому в амбициозном плане Даррена Берга мне была отведена одна из главных ролей – он решил сделать ставку на «темную лошадку» из Нубрии с неплохим аттестатом и отличными способностями к магии.

Но, конечно же, подстраховался, выставив на Игры от своего факультета еще несколько претендентов – если мы с Нельсом не пройдем отбор или провалимся на первых испытаниях.

Принц Роланд и Отто Штерн были, несомненно, сильными игроками и серьезной заявкой на победу. Дальше в списке фигурировала девичья пара – Ида Бринкс с Фионой Моллис.

О них я ничего особо и не знала, кроме того, что с магией Воды и Воздуха они обходились вполне неплохо и действовали довольно слаженно. Последняя пара, которую тоже не стоило обходить вниманием – Симон Лейнер с Эйго Эрсеном, постоянно якшавшиеся с Нельсом.

Но и это были еще не все участники из Грейриджа! За места на Полуночных Играх поборются адепты с Факультета Целительства, да и Некроманты выставят своих участников. После завтрашнего отбора будут названы три лучшие пары, которые и будут представлять Академию на Полуночных Играх.

Выходило, мы с Нельсом должны были быть среди них, несмотря на то, что я не горела желанием во всем этом участвовать.

Тут Римс сочувственно вздохнул, уставившись мне в глаза. Посветлел, принимая цвет смирения. И, видит Великая Мать, он был прав!

Как бы долго и старательно я ни размышляла, прикидывая так и сяк, получалось, что мне все-таки придется смириться.