Счастье даётся всем.

В руке, зажатая между двух железных пластин, темнела последняя руна. Откуда Янника это знала? Просто знала. Мать спешила обнять заблудшую дочь, а заодно собиралась добраться к её пояснице, туда, где лучше всего приживалась на теле чёрная тварь.

Жирная, обросшая самой настоящей серебряной чешуёй, выросшая до таких размеров, что стала почти видна окружающим, на Благочестивую Гутрун кинулась дымная змея. Огромная пасть с длинными клыками в прыжке перехватила руку белокурой иллике, зажав до крови.

Женщина, не ожидая нападения, закричала.

Кровь перерезанной длинными змеиными клыками руки щедрой росой окрасила пол.

Янника подошла, неторопливо вывернула из дрожащих, окровавленных материнских рук руну подчинения в железных пластинах и, вынув из-за пояса кинжал, неторопливо разрезала чёрную дрянь до основания, так, чтобы и намека не осталось. А потом приказала змее повалить мать на кровать, и, подняв каддарку с пола, распорола ею ткань халата, безжалостно прочертив кровавую полосу на белой спине.

Ничего! Потерпит, благочестивая…

Дальше в дело пошли остатки серебряных шпилек, что превратились в тонкие серебряные иглы. Всё, как научила Хейдуша. У основания, по кругу, иглами внутрь на фалангу. И не смотреть, и не слышать криков боли. Потому как всё на свете можно пережить. Кроме непоправимого – смерти.

***

Когда Янника выходила из комнаты, примостив на поясе каддарку, Гутрун ещё беспомощно плакала, лёжа на кровати. Кровь на руке и на спине запеклась.

Больно, конечно, но не смертельно.

- Наследство Артиды у тебя?

- Да. Последнее, – всхлипнула женщина. – В тайнике под полом, у комода.

Янника отодвинула комод и подняла половицу. Внизу, в обычной суповой кастрюле чёрной россыпью сияло Артидино богатство. Янника оглянулась вокруг. Где-то в материнской спальне лежал серебряный круглый поднос для фруктов. Он нашёлся в бельевом шкафу на верхней полке. Замечательная из него крышка получилась. Плотная. Тютелька в тютельку. Повезло.

- Отнеси к озеру и спрячь, – приказала она змейке, и та, слизнув в себя кастрюлю, наскоро прикрытую серебряным подносом, растворилась.

Переноситься к озеру теперь змейка могла мгновенно. И минуты не прошло, а она уже вернулась, довольная.

- Через неделю возьмёшь девочек и поедешь в Стадхар. Поработаешь десять лет вёльвой, как велит Снежная дева… Город давно хозяйки не имел. А не послушаешь…

Гутрун, пошатываясь, поднялась с кровати.

- Я поеду,Янника.