Княгиня Базилевс. Любовь и Юность.

И волшебники Москвы были направлены в болотистую местность рядом с Балтийским морем.

Каждую ночь то на одну сторону, то на другую прилетали стаи волшебных птиц – полуворон - полугарпий, губили скот и портили дома. Жертв человеческих не было только по чистой случайности и работе местных волшебников у нас и магов у них.

Василий Васильевич, будучи командиром одного из отрядов быстро установил, что налеты идут из одного маленького городка в приграничной зоне.

До сей поры не было известно, кому этот город принадлежит.

Русские называли его Болотск, пруссаки – Волфсток.

Бургомистр, или голова города платил половинную дань и в казну Императора и казну Кайзера.

Как ему это удавалось, знал лишь он сам и его родственники в обоих столицах. Императору и Кайзеру он приходился двоюродным дядей. Причем обоим по отцовской линии.

Болотск, несмотря на название, был городом весьма обширным, имел население около ста тысяч человек и тысячи волшебников. Жил, пользуясь расположением верхов за счет торговли, мухлежа с пошлинами и производства угля и хлеба.

Богатые дома стояли по обе стороны от замощенного проспекта. Рыночная площадь поражала богатством, даже после Москвы.

На холме стоял замок-дом бургомистра. В России он был князь Болтногорский. В германии князь фон дер Волфсток.

Князь принял их сухо. Без пиетета к княжескому же достоинству Базилевса.

Ответил на расспросы и расквартировал солдат Василия Васильевича со слугами. Его поселили в гостевых покоях дворца.

Комната была широкая, разделенная на несколько частей ширмами. В одной из них была большая кровать с балдахином, в другой гардеробная, отдельная дверь вела ванную.

Устав с дороги Василий Васильевич заснул. Спал он не долго. Возня в стене заставила его проснуться и встать. Он, по выработанной привычке, взял саблю и тихо подошел к окну.

Вдалеке перед лесом, в конце окошенной поляны, перемещались тени и исчезали в густом лесу, начинавшемся сразу за замком. Он не стал медлить, открыл окно и спустился вниз по обрешетке растущего в изобилии плюща.

Ноги, как и позже у его дочери будут голы, при этом брюки и рубашку он не снимал.

Наложив на себя заклинание рассеивания, не различимое даже с близкого расстояния, он сократил расстояние до уходивших в лес фигур.

Фигуры шли в балахонах, но он, с удивлением узнал своего хозяина-князя и его жену. С ними было еще четверо неизвестных ему людей.

Он следовал за ними. Они шли недолго.