Последняя тень

Однако, время от времени я ощущала на себе её быстрые и осторожные взгляды. Похоже, Найдмир проявляла ко мне больше интереса, чем я к ней. А вообще, любопытно, что успел ей рассказать Кир о наших былых отношениях? Всё или что-то умолчал?

Наконец очаг подал признаки жизни и подмигнул огоньками пламени. В дверях появился важный Забун, возглавляющий процессию из тройки простолюдов. Те, низко склонив головы, тащили что-то, типа квадратных тарелок из дерева. Я ощутила запах печёного мяса и каких-то овощей. Желудок тут же напомнил, что полноценно мы питались где-то лет семь назад и не мешало бы что-нибудь предпринять, чтобы решить проблему.

Тарелки заняли место на столе, очищенном от листьев и паутины, а Забун склонил голову и сделал приглашающий жест.

- Ваше величество, кушать подано. Прошу прощения, за столь скудный ужин, но обещаю…

- Оставь, - Найдмир махнула рукой. – Я не голодна. Покормите людей.

Кирион прекратил метаться и остановился рядом с ней.

- Дорогая, - меня передёрнуло, - с тобой всё в порядке?

- Да, - она коснулась его руки своей.

– Просто немного устала. Будь любезен, проследи, чтобы никто не остался без ужина. И да, мою порцию отдай Дар. Она заслужила это, больше, чем кто бы то ни был.

Чёрт! Чёрт! Честно говоря, после такого я вообще хотела отказаться и уйти, куда глаза глядят. Но стоило мне сделать попытку подняться, как Найдмир, глядя мне в глаза, мягко сказала:

- Пожалуйста. Думаю, я обязана тебе жизнью. И думаю, это произойдёт ещё не раз. Воспринимай это, как обычную благодарность.

Я так и восприняла, но, когда насупленный Кир принёс мне тарелку, забрала её и удрала на второй этаж. По дороге меня едва не затоптали трое стариканов, торопившихся вниз, очевидно, на запах пищи. Вот и славно, никто не помешает мне разделить ужин с одиночеством.

На широком подоконнике оказалось очень удобно сидеть, рассматривая алую гребёнку далёких деревьев, ещё ловящих свет спрятавшегося светила. Поскольку никто не требовал соблюдения дурацких правил этикета, я торопливо хватала куски мяса пальцами и отправляла их в рот.

Потом вымакала жир треугольником мягкой лепёшки и отставила тарелку.

Отблески светила окончательно исчезли и ночь вступила в свои права. На небе рассыпались звёзды, кое где прячущиеся за комками рваных облаков. Во дворе, у костра кто-то бубнил, кто-то похрюкивал, а кто-то пытался задавить звонкий смех. Люди спаслись от неминуемой смерти, потеряв имущество и близких, однако искали способ отвлечься, позабыв о прошлом.