Последняя тень

- Ты упускаешь из виду ещё один вариант, - Кирион заметно помрачнел. – Нарх уже знает о тебе и пытается определить границы возможностей. Выдержишь все остальные испытания – пошлёт Наездников.

- Вот тогда и повеселимся, - пробормотала я и пошла к сарайчику, куда должны были притащить мои вещи и соорудить что-то, типа постели. - Спокойной ночи.

Ага, мне набросали свежего сена и накрыли его шерстяным покрывалом. Отлично. В углу поставили большую деревянную кадку, полную чистой воды. Просто удивительно, как простолюды готовы прислуживать любому, кто топчется рядом с высокородными.

Никто из местных даже не удосужился спросить: какого Вопрошающего я им приказываю – просто бросились выполнять. Только представить, как бы отнеслись, если бы меня занесло в Кряжь просто так.

Я попробовала пальцем воду – холодная. Отлично. Сбросила всю одежду и налила в кадку немного яблочного лосьона. Взбила пену и полезла внутрь., ощущая, как прохладная жидкость ласково облизывает кожу. Вспомнилось, как нас, малолетних дурёх, первый раз притащили в баню.

Кто-то, уже не помню кто, орал, что теперь злые духи смогут войти в нас и сожрать душу, а остальные просто испуганно верещали. Как же давно это было!

Я потянулась и зажгла небольшой светильник. Странная штука, которую привезла с севера. Внутри пылали маленькие полупрозрачные камешки. Одного хватало на пару месяцев. Должно быть какая-то магия. Впрочем, света эта штуковина давала много больше, чем обычная масляная лампа.

Свесив ноги наружу, я достала из мешка томик стихов.

Читать я не умела, но внутри имелись очень красивые цветные картинки. Помню, как Кир, подарив мне книжицу, тут же помрачнел, увидев, что я держу её вверх ногами. Потом усадил к себе на колени и начал читать. У него очень хорошо получалось: про небо, цветы и любящие сердца, соединённые навечно.

  В сердцах я едва не запустила томиком в приоткрытую дверь. Потом передумала и поднесла книжку к лицу. Странно, но страницы продолжали хранить давний запах чего-то острого, приятно щекочущего ноздри.

Кажется, по коже побежали мурашки. Чёрт!

Вот эту картинку я помню очень хорошо. Кир частенько останавливался именно на этом месте и выразительно читал про дикую кошку, которая никому не даёт себя погладить, хоть сама мечтает о ласке долгими одинокими ночами. Угу, вот они и вернулись эти длинные одинокие ночи. Хорошо, что их осталось так немного…

Отложив книгу, я тщательно вымылась, растирая себя колючей тряпкой так, словно пыталась содрать кожу до крови.