С привкусом пещерной соли

Тогда его отец создал эту подушку, поле, ограждающие со всех сторон и теперь мы можем спускаться сколько влезет.

- Кто он такой? Как это поле работает?

Фея быстро убрала руки и фыркнула.

- Понятия не имею, тетенька репортер.

- Я не поэтому спрашиваю…

- Ой ли?

Наташка внезапно расстроилась.

- Ты от меня чего-то хочешь? Зачем вы взяли меня с собой?

Фея пожала плечами, не ответив. Потом вовсе встала и отвернулась, будто обиделась.

Наташка откинулась назад, нащупав пальцами большое сухое полотенце, которым ее кто-то укрыл.

- И что теперь?

Девчонка снова оглянулась, посмотрела рассеяно.

- Откуда я знаю?

Раздался плеск - сверху на ровную гладь заводи приземлилась очередная подушка и кто-то тихо рассмеялся. Последний из группы прибыл, но никто не спешил собираться домой, все сидели возле фонаря и даже почти не говорили, но это тоже было частью их отдыха. Надо же, если задуматься, так забавно становится – на поверхности люди бегут от суровой реальности в выдуманные миры, в основном компьютерные, но и тут, где казалось бы, все тихо-мирно, молодежь убегает от обыденности, пускаясь сломя голову по темным речным тоннелям.

К своей комнате Наташка добрела, когда наступило утро. По облагороженным коридорам Ракушки навстречу привычно шли люди, бегали дети, и надо же, каким стабильным оказалось это окружение, каким нормальным - и не скажешь, что ее изначальной целью было разузнать, что в нем неправильного и неестественного.

Наташка вошла в комнату, Полина как раз умывалась.

- С тобой все хорошо? – спросила она, вытирая руки.

- Да.

- Завтракать пойдешь?

- Нет, я лучше спать лягу.

Наташка заторможено стянула все еще влажную футболку, шорты, стряхнула с ноги босоножки, тупо уставилась на покрытые грязью ноги, на ссадину, украшающую левую коленку, поморщилась, но полезла под одеяло прямо так. Все равно… Что там все равно?

А, все равно вечером она уйдет с этим извращенцем гуру и спать будет в другом месте.

Наташка зевнула и отключилась, легко и безболезненно погрузившись в сон.

Сплав мало того что утомил физически, он опустошил ее изнутри, выскреб дочиста, так, что не осталось никаких эмоций – не хороших, не плохих. Ничего не удерживало, никаких волнений и тревог, а тем более страхов.

Теперь ей предстояло наполниться заново.

И вот еще что… как она сразу не заметила такого явного отклонения? Ни разу за всю ночь никто из числа окружения пещерной феи не дал понять, что приглашение гуру – оказанная честь.