С привкусом пещерной соли

Впрочем, он не упал, а просто опустил голову и принялся глубоко и быстро дышать по методике успокоения внезапно накатившей паники.

- Это правда? То, что мне сказали? – выдавила Наташка, но в тишине эффект получился таким, будто она проорала во всю глотку.

Он не открывая глаз, дернул головой, а потом отступил назад. Всего на полшага. Всего немного. Но назад…

И его лицо… Каждая черточка на своем месте, но вместе они словно складываются в другое. Она видела его каким угодно – смеющимся, злящимся, возбужденным, но никогда, никогда настолько умиротворенным и отрешенным.

- Открой глаза, - прошептала Наташка и когда он не отреагировал, закричала. – Открой глаза!

Он поднял веки – стеклянный блеск белка, острый черный зрачок, поверхность коричневой сухой глины - и ровно столько же, сколько в куске глины, выразительности.

И тогда она внезапно поняла, осознала архиважную мысль, которую пытался, да так и не смог донести до нее Отражение – перед ней совсем другой человек. Тот, кто заснул вчера, все-таки не проснулся.

Однако он никак не может находиться тут, в этом новорожденном существе с болезненным прищуром, в равнодушном, слабом, дрожащем своем подобии.

Наташка много раз расставалась с мечтами. С мнимой свободой после первой пощечины, полученной от мужчины. С мнимой привязанностью после равнодушных слов любимого о ней, как о временном пристанище. С мнимой гордостью после случая, когда промолчала в ответ на матерное оскорбление, полученное от своего самого главного босса и продолжила как ни в чем не бывало на него работать, ведь ей так хорошо платили.

Теперь же она расставалась с чем-то таким необъяснимым, что уходило, оставляя внутри жидкий цемент, который вскорости загустеет и будет храниться вечность, пока не рассыплется в мельчайшую бесцветную пыль.

Где ей искать место, куда канул Гонза, если даже Отражения не смогли его вернуть? А может, не пытались? Может, этот бледный суррогат, который вылупился из прежнего, здорового и сильного кокона, устраивает их больше?

Вполне вероятно.

Что же они с ним сделали? Как посмели?!

- Ему тяжело тебя видеть. Уйди, - с укоризной произнес голос из-за плеча. Мужчина – Отражение, только что разрушивший ее жизнь, мягко покачивал головой. – Уйди же.

Ему? Ему.. тяжело?

Гонза обхватил голову руками, медленно отступая.