Данница

Из-за стен купальни пахнет жареной рыбой – это готовят ужин носатые сердитые братья в забрызганных жиром фартуках в харчевне на берегу. После купания Ивка зайдет туда и купит сразу двойную порцию. Есть хотелось всегда. Даже ночью она вскакивала с постели и жадно поглощала припасенные как раз на такой случай хлеб и яблоки. 

Ивка вытерла нос загоревшей рукой, с наслаждением вдохнула идущий от нее запах водорослей, дотронулась языком до горько-соленой кожи.

Женщины вокруг Ивки расхаживали голышом, не стеснялись.

Одна из них присела на острую гальку, сунула грудь в голубых прожилках орущему лысому младенцу с покрытым коростой затылком.Женщина походила на старую сморщенную грушу. На смуглой спине отчетливо проступали ребра. Дряблый отвисший живот складками лежал на коленях. Рядом с женщиной стояла молодка на сносях. Казалось, ее распирает изнутри огромное яблоко. Фасолина пупка торчала вперед на натянутой, как на барабане, коже. Казалось, дотронься, и кожа треснет, брызнут во все стороны внутренние соки, и младенец упадет к тоненьким ломким ногам. Неужели Ивка скоро станет такой же? Ведь у нее самой, еще невидимый под платьем, но хорошо ощутимый руками, живот стал понемногу наливаться, выдаваясь вперед. Данница почему-то стыдилась этого, старалась всячески живот прикрыть, защитить от посторонних глаз.

– Эй, – крикнула ей брюхатая девица, уперев руки в необъятные бока. – Уступи место. Тяжелая я.

– Я тоже тяжелая! – огрызнулась Ивка.

– Я тяжелее. Уступи, бесстыжая какая.

Женщины вокруг зацокали языками в предвкушении приближающейся ссоры. Им очень хотелось посмотреть, как две девицы будут царапать друг другу лицо и драть волосы.

– Жолина! – тоненько крикнул кто-то. – Врежь этой чужачке. Пусть знает!

Ивка плюнула и встала. Не то, чтобы испугалась, а неохота было связываться.

Отвернулась к стене и начала натягивать еще влажные рубашку и штаны. Пошла к воде. В рубашках и штанах купалось все местное население. И мужчины и женщины. Называлось это неудобное безобразие «купальный костюм».

 

Раттенпульцы хорошо плавали, заплывали далеко в море. Ивка пыталась научиться, но получалось плохо. Она отчаянно колотила руками и ногами по воде, уходила под воду, выныривала испуганная, отплевывалась, терла глаза. Глаза тут же начинало щипать. Но все равно было хорошо. 

Несколько раз Ивка каталась на парусной лодке. Такое удовольствие стоило всего два медяка. Прохладный ветер обдувал разгоряченное лицо.