Данница

У тебя еще есть чеканки?

– Как раз сейчас думаю о том, куда пристроить оставшиеся.

– Больше не думай. Идем со мной. У тебя уже есть покупатель.

Они успели вовремя.

Родко, растеряв последние силы, задыхаясь, лежал в подушках. Рубашка была в красных пятнах. Увидев лекаря, он приподнялся, хотел что-то сказать, но тут из горла хлынула кровь.

Закричала госпожа Сона, отшатнулся назад контез.

– Скорее, – Мих подтолкнул Ивку к кровати.

Девушка торопливо достала чеканку, приложила к прозрачной детской руке. Чеканка начала погружаться в плоть.

Лекарю показалось на мгновение, что Ивкина рука тоже растворяется, плавится вместе с причудливо вырезанными серебряными краями.

Кажется, Ивка сама это почувствовала. Отняла ладонь.

Кровотечение прекратилось. Родко без сил откинулся на подушки. Он мгновенно уснул. Худая грудь едва заметно приподнимала одеяло. Со щек исчезли красные пятна. Выровнялось дыхание.

Контез потребовал, чтобы Мих немедленно осмотрел мальчика. Мих осторожно, чтобы не разбудить, приложил к груди деревянную трубку.

Хрипов почти не было слышно. 

Госпожа Сона беззвучно плакала, вытирая глаза ладонью, как простая крестьянка. За всей этой суматохой лекарь не заметил, что Ивка исчезла. А когда заметил – отправился ее искать.

Мих обнаружил исчезнувшую девушку во дворе виллы. Ивка стояла, прижав к груди заплечный мешок, и вид у нее был затравленный, как у загнанного зайца.

– Мих! Помоги, – кинулась Ивка к нему. – Ворота заперты, а мне надо уйти. Немедленно. Очень, очень надо.

Мих удивился: «У контеза тебе ничего не грозит.

Ты только что спасла его сына. Вокруг виллы высокий забор, ставни на окнах, стража. Ты гораздо больше рискуешь, если отправишься неизвестно куда на ночь глядя. Ты еще не получила плату, Ивка. Неужели добровольно откажешься от золотого и еще нескольких серебряных монет милостью контеза Ваца, сытного ужина и мягкой постели?»

– Мих! Ты не понимаешь! – в голосе Ивки звучал неприкрытый ужас, рука теребила цепочку на шее. – Прикажи открыть ворота. Пожалуйста! Стражники тебя послушаются.

– Ну, если не понимаю, тогда сейчас, – Мих сделал шаг в сторону ворот. И замер изрядно удивленный. Нет, из кустов не выпрыгнул живой бенгальский тигр, но выскользнула ужом темная человеческая фигура. На таких Мих насмотрелся в голливудских фильмах про ниндзя (не тертл, не тертл, не думайте). При свете факелов Мих ясно увидел, как человек распрямляется, поднимает руки, и что в руках он держит что-то до смешного напоминающее пистолет.