Гарпия в Академии

— Но!

— Вы будете учить дракона, цирковых собак и даже кактус, если таковые запишутся на ваш курс, — отчеканил Галактион Белозерский, демонстрируя, что занял место ректора исключительно из-за любви к своему делу, а не из-за покровителей в министерстве магического образования. — В противном случае…

Я приуныла, но виду не подала. Еще чего! Буду я перед драконом слабости демонстрировать. Да не видать ему такого счастья.

Слетев с подоконника и вежливо кивнув господину Белозерскому, признавая его правоту, я пошла к выходу.

По пути «случайно» задела дракона крылом — вот нечего таким большим быть, а то вырастут амбалами, нормальным людям не пройти.

При первом же прикосновении перекошенная дверь пала к моим ногам, жалобно скрипнув напоследок. Я поспешила проскочить в приемную, пока из-за своего стола не поднялась секретарша, а из воздуха не материализовался завхоз с вполне себе закономерным вопросом «И кто это сделал?». Поди докажи потом, что не виновата, что это подлый и мерзкий дракон силищу не рассчитал, а я только мимо проходила.

— Госпожа Браун, жду вас на кафедре, — донеслось мне вслед.

Ждите, господин дракон. Ждите. Можете «Столичного сплетника» на досуге полистать. Глядишь, к вечеру и дождетесь.

Мечтательно улыбаясь, я тряхнула черными крыльями с алым кантиком и пошла к ближайшему окну.

Где там мои новые подопечные?

Высота людского тщеславия

Академия Светлых и Темных искусств может по праву гордиться тем, что в этом году попала в десятку лучших.Увы, но это не подборка «Самые престижные учебные заведения материка» и даже не народный топ «Куда проще поступить».

Академию отметил архитектурный вестник в списках «Самые странные постройки».

С высоты полета Академия напоминает уснувшего огромного ежа. Такого разноцветного и очень больного ежа.Построенная на укрепленном пятачке самого известного клифа западного побережья, первое время после своего создания Академия считалась самой престижной на всем материке.

Еще бы! Ведь по слухам тут получали дипломы верхушки аристократии, а также парочка наследных принцев.

Неудивительно, что за хлебное местечко ректора едва ли не дрались.

Заполучив статусную должность и связи, каждый новый ректор торопился увековечить себя в камне. Сперва это была одинокая статуя, которой предприимчивые студенты уже через год снесли голову. Следующий ректор учел опыт уволенного коллеги и быстро сообразил, что за пять лет учебы в стенах альма-матер студенты с неизвлекаемым шилом в одном месте способны уничтожить все, кроме стен.