Гарпия в Академии

Я пожала плечами, мол, что тут такого-то, немного подумала и запальчиво выпалила:

— А еще кое-кто тайком от коллектива трескал бутерброды с колбасой!

— Да меня самого Белозерский угостил… — начал оправдываться драконище, затем мотнул головой и вновь посерьезнел. — Ладно. С этим закончили.

— Ну раз закончили… Может, поделишься мыслями, что происходит?

Младший Кьяри глухо застонал и начал медленно подниматься.

— Ты ведь в курсе, кто такие драконы смерти?

Я важно кивнула. Кто ж про них не знает! Точнее, кто ж в здравом уме забудет, что среди драконов есть вот такие уникумы, как семейка Кьяри, способные разделять с собратьями последние минуты жизни.

Вот почему ни один наемник не рискует брать заказ на дракона — эти злопамятные ящеры всегда знают, по какой причине оборвались жизнь собрата. И они готовы мстить. Всегда.

— Минуту назад скончался один из наших, — задумчиво произнес Кьяри. — Минимум двадцать драконов смерти видели, что это сделала… ты.

В первое мгновение на меня обрушилось с десяток различных ощущений.

Недоумение — в смысле, умер минуту назад? Злорадство — так вам, злобным драконищам, и надо! Возмущение — как так видели?! Отрицание — я же была здесь, они не смогут обвинить меня! Ужас — драконы смерти не ведут расспросов и вежливых бесед, предпочитают полыхнуть пламенем в обидчика, а уже потом разбираться…

Застонав, я закрыла лицо руками и осознала очевидное:

— Мне звездец!

Да что ж за невезение? Судьба, может, хватит подсылать на дорогу моей жизни черных кошек?

И драконов.

***

— Госпожа гарпия, вы побледнели, — с участливой заботой сообщил драконище и протянул мне стакан. — Держите водичку.

И вот я же знала, что этим ящерицам-переросткам, незаконно занявшим наше небо, доверять нельзя. Знала, но купилась на отлично сыгранную тревогу и беспокойство, а потому с благодарностью, которую подлый Кьяри никак не заслуживал, взяла стакан.

Едва пальцы сомкнулись на гладкой поверхности, как окружающая нас стена опала, а меня схватили когтистые лапы дракона и подняли вверх.

Дальнейшее потонуло в моем визге, звоне разбитого окна и грохоте обвалившейся стены, когда чешуйчатый монстр с добычей в лапах попытался вылететь в окошко. Я голосила, как обезумевшая, судорожно прижимала к груди уже пустой бокал одной рукой, а кулачком другой колотила по брюху дракона.

— Сволочь! Мерзавец! Образина чешуйчатая! — скороговоркой выкрикивала я оскорбления в адрес своего авиаперевозчика.

Правда, недолго.