Гарпия в Академии

Наше крыло вернулось каких-то пятнадцать минут назад, и я рассчитывала на быстрый душ и сон, но никак не на очередную тревогу.

— Драконы!!! — коротко, как ругательство, прокричала подруга, взмывая вверх.

Я задрала голову и увидела их. На фоне ночного неба стая казалась облаками — белоснежные, стремительные… беспощадные.

Они атаковали разом, не разбираясь в мелочах, мстя за своего, руша здания. Школа, в которой я учила малышей, вспыхнула как щепка, и в стороны посыпалась мелкая крошка многотонного камня, но огонь и не думал праздновать на руинах.

Словно ручей, он вытек на улицу и устремился во все стороны. Над головой раздался крик.

— Азара! — крикнула я, бросаясь к ней, но опоздала.

Яркая алая вспышка озарила небо, и подруги не стало…

— Марсия, очнитесь!

Бок что-то боднуло. Раз, другой, третий.

Судя по ощущениям, это что-то было большим, теплым и очень настырным.

Застонав, я разлепила веки и узрела их — клыкастые челюсти, где каждый зуб был размером с меня.

— А-а-а-а!!! — полетело над площадью.

С перепугу швырнув в дракона стаканом, чудом уцелевшим во всей этой кутерьме, я, сидя на заду, попятилась назад и спиной уперлась в перепончатую преграду крыла.

Ярко-зеленые глаза дракона сошлись на кончике носа, где, демонстрируя чудеса эквилибристики, покачивался стакан, а затем ящер дернул ноздрями, и случилось неизбежное.

— АПЧХИ!

Меня обдало влажным воздухом, запахом гари и жаром магического пламени. Почувствовав себя бумерангом, стакан сделал несколько кувырков и вернулся к своей обладательнице, со всего маху приветливо треснув ту по лбу.

И вот сижу я, напуганная, оплеванная, с медленно нарастающей шишкой посреди лба, и чувствую, как перепончатое крыло за моей спиной начинает мелко подрагивать.

— Кьяри, — зло выдохнула я, укоризненно глядя на дракона, с трудом сдерживающего смех, — у вас отвратительное чувство юмора!

Сцапав меня лапой, драконище повалился на спину, заржал во всю клыкастую пасть и начал конвульсивно подергиваться от смеха.

Желание встать и пнуть ящера стало всепоглощающим. Но вместо членовредительства я села на белое подрагивающее брюхо, сложила малость помятые крылья и огляделась.

Драконы один за другим снимались с крыш домов и поднимались в небо, где сбивались в стаю. Угу, точь-в-точь лебединый клин. Такой очень крупный, плюющийся огнем клин радиоактивных лебедей-переростков.

Площадь постепенно наполнялась полицейскими и магами в форме спасателей.