ГОВОРЯЩАЯ С ПРИЗРАКАМИ: Иные города

- Я уверен, что что-то сделали с записью, - откидываясь на подушки, сказал Цезарь.

- Насть, ты что-нибудь заметила? – спросила Лика.

Все смотрели на меня с интересом.

- Ничего особенного... – пожала плечами я.

- Тебе потом дадут еще раз ее просмотреть, - быстро отдал распоряжения Цезарь, Лика записывала. – Итсаску, проверь еще раз запись, свяжись со специалистами. Необходимо быть уверенными, что это не махинация с видео.

- Конечно, - Итсаску перекинула волну своих темных волос с одного плеча на другое. Похоже, она была недовольна тем, что Цезарь не поверил ее заключению по записи.

Присмотревшись к Итсаску, я заметила, что она была одета весьма необычно: в корсет с металлическими вставками и деталями, похожими на замысловатые крючки. На руке красовался перстень в виде шестеренки из часов.

- Что еще? Диего?

- Я проверил хозяина галереи. Он действительно расстроен из-за случившегося грабежа. Украдены самые ценные его картины. У него не было долгов, его не шантажировали, он чист. Эта версия отпадает.

- Члены семьи? – спросил Цезарь.

- Проверены еще не все. У сына есть долги, но он живет в Бразилии.

- Свяжись с детективным агентством в Буэнос-Айресе, с Филипе, пусть съездит в Бразилию и узнает, что там с сыном. Ты мне нужен здесь. Что еще?

- Система охраны, - вставил Серж. - Я занимаюсь анализом возможных дыр, но пока что кажется, что все было очень продумано, хозяин вложил в это целое состояние...

- Что по поводу ценности картин и их возможной стоимости? – Цезарь обратился к Лике.

- Картины были приобретены в разное время и на разных аукционах. Связи с предыдущими владельцами я не нашла, - ответила Лика. – Картины имеют ценность, но особого внимания публики не привлекали. В галерею открыт доступ по предварительной договоренности. Иногда организуются групповые посещения, например, студентов художественных факультетов. В целом, мы можем собрать список посетителей за последний год, сейчас над этим работает персонал галереи. Никто не предлагал владельцу купить у него картины.

Сам он оценивает пропажу в несколько миллионов. Но эта оценка может быть завышенной, чтобы получить большие страховые выплаты.

Я слушала их и думала, что работа, оказывается, не такая интригующая, как казалось поначалу. Скрупулезный анализ фактов, поиск взаимосвязей, проверка каждого предположения... все это сильно напоминало нелюбимую мной математику: «дано», «теорема», «доказательство», «решение»... И тем больше росло во мне сомнение в собственных силах.