Пробуждение

Она плотно закрыла рот, надула, и без того пухлые губы и не сказала больше ни слова, боясь спровоцировать на грубость, в результате которой они разойдутся как в море корабли. Причем Настя «разойдется» на тонущем корабле.

Вода уже собиралась перехлестнуть через борта «Акулы», когда терпящие бедствие спустили на воду свой плот.

Капитан, лишенный судна и команды по привычке продолжал командовать:

- На плот! Быстро!

- А ты? - заволновалась Настя.

- Я потом. Ты - сейчас.

Времени на препирательство не было, поэтому капитан сопроводил приказ достаточно убедительным взглядом.

Со словами Настя еще могла бы поспорить. С глазами - нет. Потеряв всё, капитан не потерял силу магического взгляда. И на его помощь он рассчитывал во время вербовки новой команды на пиратском острове Тортуга. Еще он надеялся на крепость пудовых кулаков, умеющих убеждать лучше разных слов, которые тяжело доходят до мозгов искателей приключений.

Мысленно простившись с любимым мужчиной и ненавистным пиратом, Настя перешагнула через борт «Черной Акулы» и по шторм-трапу спустилась на качающийся на пологих волнах спасательный плот.

Расставив широко ноги, схватившись руками за воздух, Настя посылала умоляющие взгляды капитану. В синих глазах, отражающих бесконечный простор неба и океана, плескалась такая же бесконечная любовь, она вытеснила обиду и гордость, всё лишнее, что мешало высокому чувству расправить крылья и унести с собою Настю к высоким облакам.

Новый взгляд понравился Алексею. Он с удовольствием грелся в теплых лучах любви, случайно прорвавшихся сквозь плотные, свинцовые тучи.

Он хотел закрепить это новое, беззащитное выражение Настиного лица. Но «Акула» погибала, а вместе с ней мог погибнуть отважный капитан, на какой-то миг забывший обо всем на свете, обласканный любящим взглядом неприступной и непонятной женщины, сумевшей остаться такой же и после очень близкого знакомства в постели.

Настя не знала, что ей делать одной, без капитана на этом маленьком клочке суши в сердце  огромного океана, способного на мелкие и крупные гадости, знающего как топить большие корабли.

Нелепый парус, сшитый из обрывков «акульих» парусов важно надувался и уносил беспомощную пассажирку подальше от «Черной Акулы» и ее последнего капитана.

У Насти даже промелькнула ужасная мысль (правда, такая же нелепая как и «плотский» парус), что капитан решил разделить судьбу своего несчастного детища и отправиться вместе  с ним к последнему приюту. Красиво и очень трогательно.