Блуждающие огни. Ведьма из леса

Это была ещё одна несправедливость мира: у айалэди было в запасе неисчислимо времени, но именно они обладали способностями, позволяющими каждый миг использовать полнее и лучше.

- И что бы ты выбрала? – спросил гость. – Что из множества своих увлечений и планов на будущее?

Она резко остановилась. Планов? А разве были у неё планы – вот такие, какие Эрунну теперь имел в виду? Важные, требующие времени и сил, те, которые имели бы значение по-настоящему, а не только для неё самой? Те, что остались бы после того, как Эльэрвис Сэвэнэ стала бы земным прахом, на котором проросли цветы?

Впервые в жизни, она задумалась о том, чем были наполнены её дни.

Книги, танцы, травы, лютня и разговоры, одинокие путешествия и нечастые встречи с родными и близкими. Что ещё? Немного размышлений о природе всего мироздания, не сильно глубокие и тщательные.

- И всё же, Леа, - голос Эрунну вырвал её из оцепенения, - что имеет такую ценность именно для тебя?

Она смотрела на него во все глаза, и не могла заставить себя ответить правду.

Ей было стыдно, и впервые радостно, что он не владеет тарэ, и не сможет услышать её смятения.

- Я не смогу объяснить, - беспомощно развела руками она. – Не смогу. Прости, мне нужно выйти отсюда. В лес. Подумать.

- В лес? – он удивлённо привстал, посмотрев в окно. – Там же, кажется, снова дождь?

Эльэрвис кивнула.

- Да. Так лучше. Так будет только лучше.

Она метнулась в свою комнату, чтобы взять плащ. Эрунну вышел вслед за ней. 

- Я пойду вместе с тобой, - сказал он.

Сердце забилось испуганно.

Они могли бы выйти вдвоём в этот дождь, она бы показала ему ту музыку, что видела сама, провела бы тайной тропой к источнику радуг…

- Нет.

- Да подожди ты, - он неловко присел на скамью, стал натягивать сапог. – Я сейчас, дай мне только одеться. Леа!

Конечно, он не смог её удержать. Она выскочила за порог, как была – только в платье и лёгких туфлях.

Да, она попросту сбежала.

3. Лесное озеро

Если забыть о том, сколько минуло времени, исчислимого не в днях и даже не в годах, а в полновесных столетиях, то здесь ничего не изменилось.

Всё также стремились ввысь стройные ясени и буки, будто колонны, подпирающие лиственный свод всех оттенков золота. В редких просветах крон виднелись клочья серо-голубого неба, прорывались редкие солнечные лучи, кружили в их янтарном свечении опадающие листья, опускались на застывшую тёмным зеркалом воду небольшого озерца, устилая его ковром – ещё немного и станет незаметно, что под этим ворохом скрывается вода.