Блуждающие огни. Ведьма из леса

крепче, смелей, до хруста костей сжимай!я — не прошу снисхождения и не дарую;дружба — единовременно свет и тьма,первый приняв, нельзя отринуть вторую.Если того столь отчаянно просит душа,вместе над пропастью сделаем первый шаг.

Она пела, заменяя часть слов своего языка человеческими. Не для того, чтобы Эрунну было проще её понимать, нет. Ей самой хотелось сейчас говорить именно так, на смеси наречий, голосом и духом своим сшивая близкие их миры накрепко. Быть может, она совершала ошибку, но иначе вовсе было невыносимо.

Она играла и пела, а потом, отложив лютню, кружилась под звон собственных браслетов с бубенчиками, а Эрунну лихорадочно быстро чёркал что-то, не сводя с неё восхищённого взгляда. Его руки, порхавшие над бумагой, были самым красивым из всего, что Эльэрвис Сэвэнэ видела за свою долгую жизнь. Руки воина, отложившего меч, чтобы распахнуть настежь душу.

Ни в одном языке мира не было слов, чтобы описать, как сильно Лльэи любила его в эти мгновения.

И косы её, змеями вились по плечам, а вскинутые руки щелчками отбивали ритм весёлого танца, в котором она рассказывала о торжестве жизни над смертью.

И сама жизнь был Эрунну, когда отложил свои рисунки и подхватил её порыв, звонко дробя каблуками, вошёл в невидимый круг творения. Лльэи создала волшебные огненные цветы и птиц, и здесь, в кругу айанэ тоже мог их видеть. Она ожидала обычного восхищения, как всегда, когда смертным доводилось видеть то, что они считали магией. Но в этот раз Эрунну не было дела до ярких иллюзий.

Он смотрел только на Эльэрвис. Как будто ничего больше не существовало в этом мире.

Она знала, когда необходимо это прекратить.

В миг, когда ладони их соприкоснулись, Лльэи оборвала и танец и песнь.

Цветы и птицы вспыхнули в последний раз и осыпались серебристым пеплом.

Вот и всё.

***

Дыхание Топи становилось всё более ощутимым. Теперь не только айалэ, но и её спутник чувствовали себя так, будто пробирались сквозь ядовитый туман, приглушавший зрение и слух, хотя воздух оставался кристально прозрачным.

Почва под ногами тоже изменялась, уже совсем скоро будет необходимо соблюдать осторожность при каждом шаге. Умница Вьонкэ уже не раз ткнулась мордой в плечо хозяйки, будто спрашивая: верно ли мы идём? точно ли нам нужно туда, в такое дурное место? Лльэи успокоила кобылу и уверенно зашагала по тропе, которую легко распознавала присущим её народу чутьём.

Эрунну старался ступать за ней чуть ли не след в след.