Судьба из другого мира

— А ведь так хорошо начиналось, даже платье купили, но…

— Ну, не кисни, не кисни, — улыбнулся папа, мягко похлопав меня по плечу, и коротко поцеловал в висок. — К нам прибыл рыцарь, но принцесса живет в гнезде драконов, поэтому он не сунется.

— Почему принцесса? Тоже хочу быть драконом!

— Ты драконья принцесса, — не смутился папа, — просто в оборочках. А это очень важное дело.

— Ну хорошо, — я невольно улыбнулась. Вот умеет же с негатива переключить на что-то приятное. — Иди. Я загоню байк в гараж и приду.

— Приходи, дитя моё, — важно кивнул папа, поднимаясь по ступенькам к входной двери.

— Но не задерживайся слишком долго, иначе мы будем жарить твоего рыцаря без тебя!

Конечно, позволить семье издеваться над жертвой, которую я приманила в дом, без меня просто непозволительно. Настроение и правда с каждой секундой становилось всё лучше.

Управившись с мотоциклом, я закрыла гараж и на секунду задумалась. Немного преобразиться или явиться такой, какая есть, дабы убедить Игоря, что нечего тут пытаться вспоминать прошлое и вообще.

Кушай, что дают, милый. Тьфу! В смысле, смотри на меня, естественную и прекрасную, в привычной среде обитания!

К слову, Игорь не одобрял мой подчас пацанский стиль, байкерские шмотки ему не нравились и вообще: «Девушка должна быть женственной, и точка». Поэтому я поставила точку на наших отношениях, решив, что прекрасно справлюсь и сама… Без лишних раздражителей. Не то чтобы я против женственных нарядов… Точнее, никогда не была против! Но когда меня насильственно пытаются заставить что-то делать, начинаю злиться.

Игорь этого явно не понимал, считая, что я должна выполнять каждое его указание и смотреть большими невинными глазами. Индейское жилище фигвам, дорогой Игорь Анатольевич! Ищите себе покорную и трепетную где-то вне пределов деревни Пожидаево!

Разумеется, ни о какой деревне речь не шла, просто так папа называет наш дом.

Поэтому, весело насвистывая, я направилась в дом. Там оказался накрытый стол, вежливые улыбки моих драконов, то есть родственников, и Кабычинский возле окна, с неповторимым выражением лица вещающий что-то умное, но неинтересное.

Лёшка задумчиво хрустел красным болгарским перцем, Вика переписывалась с кем-то по вайберу, мама поверх очков смотрела на Игоря, а папа с удовольствием наворачивал мясной рулет.

— Полина, садись, — тут же велела мама, — как раз всё ещё горячее.

— Угу, — отозвалась я, отметив снисходительную улыбку Игоря… точнее, она вообще-то должна быть призывной, но что-то пошло не так.