Судьба из другого мира

Нет, не сказать, что робкая и молчаливая, но спокойная и, кажется, сначала молча оценивающая человека и только потом эту оценку озвучивающая.

Подарки привели всех в восторг, что добавило плюсов в мою карму. Ибо как бы мне ни нравилась семья Поли, работать надо в усиленном режиме, чтобы очаровать абсолютно всех. Пока что легче всего это удалось с сенбернаром Бонапартом, который учуял во мне зверя и принял за своего.

После восхитительного ужина усталость и правда отошла на последний план. В конце концов, я не на Границе пахал, а только лежал в шверге, потом сидел в самолёте.

Лететь тут вообще было всего ничего, поэтому много сил и не забрало.

Услышав про мотоцикл, я тут же изъявил желание на него посмотреть. Она, конечно, рассказывала, что водит, но фотографию так и не прислала.

— Покажу, — кивнула Полина, ковыряясь вилкой в тарелке. При всём уважении к стряпне бабушки и её помощников, полные тарелки съесть нереально. Во всяком случае, такой худенькой, как Полина. Да и её сестре тоже. Братец то и дело поправлял очки и с упорством бронетранспортёра подметал всё с тарелки.

Родители вели себя более сдержанно. Бабушку, казалось, еда почти не интересует, зато моя персона — очень даже.

— Никакого мотоцикла, — заявила она. — Где это видано, чтобы девушка в платье каталась на мотоцикле?

— Можно без платья, — пробормотал я, и за столом повисла тишина.

Так, кажется, надо избавляться от нашего с Йонне специфического юмора. Пока меня тут бить не начали. Однако стоило мне поднять глаза, как вся настороженность мигом развеялась.

Они с трудом сдерживали смех. И только Полина, прищурившись, смотрела на меня.

— А без платья сможешь отбить от ухажёров? — невинно спросила она.

— Легко, — не смутился я. — Но придется тогда брать мой пиджак. — Снова воцарилась тишина, поэтому пришлось пояснить. — Чтобы ты не замёрзла.

— Смело-смело, — прокомментировал её отец. — Что ж, тогда решено, наша леди Годива садится на железного коня, мы едем на машине с камерой, а верный рыцарь бежит рядом и отгоняет подозрительных личностей.

И да, тоже обнажённый. Во всём должна быть гармония.

Я чего угодно ожидал, но только не такого подхода. В голубых глазах Константина плясали смешинки. Почему-то вспомнился Биргир Сундстрём, смотрел он так же открыто и прямо. Но в нём был только лёд, а Константин Пожидаев — энергичный человек с очень хорошим чувством юмора. С одной стороны, ему, конечно, следовало стукнуть меня по шее, но… с другой, он это сделал более изящно.