Сладкая ложь

Оргазм накатил с такой силой, что смертная забилась в конвульсиях, словно раненая птичка в клетке: её ноги дрожали, а низ живота сильно пульсировал… Охрипшие мольбы не останавливаться сводили мужчину с ума, срывали крышу! Наконец Юсфорд оторвался от своего занятия, пошло облизываясь на глазах у любимой. Она была такой уязвимой, что хотелось искусать её с головы до ног, глубоко погружаясь клыками в манящую плоть. Однако аристократ понимал, что если сделает так, то просто-напросто убьёт свою пташку.

Напряжённый член нуждался в разрядке, да и сам Кроули уже не мог контролировать животные инстинкты, бушевавшие в нём.

Мужчина стянул с себя оставшуюся форму и навис над запыхавшейся, ещё не отошедшей от оргазма, девушкой, с любопытством всматриваясь вглубь голубых глаз. Они так и манили своей отчуждённостью, пропитанной похотью и нестерпимым желанием быть покорённой. Расширенные зрачки придавали взгляду уверенности, чему Основатель был несомненно рад. Его непокорная малышка сейчас полностью доверилась ему.

— Сейчас будет больно, но останавливаться я не собираюсь, — властно прошептал монстр на ушко своей жертвы, даря той очередную порцию адреналина.

Эрестер почувствовала прикосновение холодных губ к её шее и немаленькое достоинство, упиравшееся ей в бедро. Кроули старался сделать этот момент менее болезненным, поэтому по-прежнему продолжал ласкать малышку, ещё больше возбуждая. Наконец, взглянув в последний раз в невинные глаза, плавно вошёл внутрь горячего лона. Вайлети недовольно поморщилась и схватилась за мускулистые плечи мужчины.

Он подождал лишь несколько секунд и вновь продолжил двигаться, постепенно ускоряя темп.

— А-а-ах, — прерывисто выдохнула смертная, ощутив ранее невиданное чувство.

Боль сошла на нет, а внутри влагалища разгорался нешуточный пожар. Девушка с откровенным непониманием смотрела на довольного и напряженного вампира, который продолжал двигаться просто в бешеном темпе, раздирая все преграды дозволенного на мелкие кусочки.

Вместо стонов в комнате наступила мимолётная тишина, ведь Вай, выгнувшись словно змея, задержала дыхание, чтобы в полной мере ощутить немыслимое удовольствие, которое ей никогда не доводилось испытывать. Вместо лёгкой дрожи голубоглазая почувствовала приятные спазмы, дарившие умопомрачительное наслаждение. Она больше не могла контролировать своё тело, свой уже охрипший голос…

Аристократ вбивался в податливое тело, погружаясь в омут вожделения с головой.