Моё имя

Наши воспоминания, независимо от того, плохие они ли хорошие — это часть нас самих, и мы должны жить, неся на себе их бремя, каким бы тяжёлым оно ни было. Но при этом не стоит забывать и простую истину: прошлое есть прошлое, мы же живём в настоящем.

Тогда я запомнил каждое её слово, и они ещё долго крутились в моей голове, в точности как плёнка на бесконечном повторе. Ада продолжала стоять напротив меня в ожидании ответа. Ответа, о котором я пока ещё даже и не догадывался. В конце концов, она поняла, что не стоит меня торопить, и развернулась лицом по направлению к чёрному входу.

Но уже через секунду, девушка вновь обернулась ко мне со счастливой улыбкой и пальцем, указывающим прямо в небо.

— Смотри-смотри, — вещала она, — наконец-то луна показалась. Сегодня полнолуние!

На само деле, я совершенно не понимал, чему тут радоваться, но во имя приличия сделал вид, что тоже поражён.

— Ради таких моментов и стоит жить! — закричала она так громко, что одна из служанок выглянула в окно, дабы проверить, всё ли в порядке.

— Я не понимаю тебя, Ада Норин. Когда мы встретились впервые, ты пылала жаждой жизни, но в то же время желала смерти больше всего на свете. Сейчас же наслаждаешься каждым мигом, а той тени смерти как будто бы никогда и не было. Что всё это значит? Кто же ты на самом деле такая?

— Я люблю жизнь. Всегда любила. Но лишь настоящую. Когда настоящая жизнь заканчивается, я считаю бессмысленным цепляться за неё. Поэтому тогда и искала смерти. Потому что моя настоящая жизнь подходила к концу.

Но после встречи с тобой я вспомнила, как это — не существовать, но жить. Здесь и сейчас я рада тому, что ты не убил меня тогда. Здесь и сейчас я рада быть живой.

Не ожидая мой ответ, Ада протянула свою руку к звёздам и, клянусь, я был уверен в том, что вот-вот, и она непременно их коснётся. Луна улыбнулась девушке сказочным светом, и та ответила ей тем же. Казалось, что сама богиня ночи хочет забрать к себе девушку-пламя, посягнувшую на её право ночного светила. И Ада ей совершенно не противилась: она смотрела на луну так же пристально, как и я на неё.

***

Где-то в двенадцать часов ночи я, уже будучи в своей комнате, снова взял в руки тот детский рисунок. Потёртая и помятая бумага вновь отозвалась в голове неприятными воспоминаниями. Замок, переполненный одиночеством, семья, которой у меня никогда не было, и детские мечты, что так и остались мечтами — всё это часть меня, не так ли, Ада? Это то, что делает меня тем, кто я есть сейчас.