Моё имя

Я сложил из рисунка маленький самолётик и направился вместе с ним к большому, широкому окну. Не колеблясь, одним быстрым движением выпустил его в ночную темноту, где он тотчас был подхвачен бушующим ветром, ни на секунду не прекращающим стремиться туда, куда живым путь заказан.

Больше я не буду убегать. Я постараюсь. Сделаю всё ради того, чтобы принять своё прошлое и прожить жизнь не воспоминаниями, но моментами. Ведь теперь есть та, кто понимает меня лучше, чем я сам, та, которая способна подарить мне воспоминания куда ярче и теплее минувших.

Ведь прошлое есть прошлое — мы же живём в настоящем.

Перед тем, как заснуть, я вновь перечитал сказку о принце, нашедшем свою принцессу. На этот раз детская история больше не казалась мне глупостью.

Глава 5. Желание, которому не суждено сбыться

Через пару минут я умру.

…

Моё имя Ричи Джонс.

…

Если это письмо всё-таки достигнет тебя, кем бы ты ни был, то прошу, запомни моё имя и найди ответ на вопрос, что пульсом стучит в моей голове.

ЗА ЧТО НАМ ВСЁ ЭТО!? ЧТ…

…

Отправить на растопку.

Это письмо (или, вернее, то, что от него осталось) я перечитала бесчисленное количество раз. В итоге и сама не заметила, как заучила его на память. Просто ни с того ни с сего вдруг осознала, что, читая одно слово, уже отлично знаю, какое последует за ним. Отложив письмо куда подальше и поудобнее устроившись на кровати, решила, наконец, дать глазам отдохнуть. Как и ожидалось, это не помогло — неаккуратные и нечёткие буквы, написанные мальчиком по имени Ричи, так и продолжали стоять бегущей строкой перед мраком сожмуренных глаз.

Потёртый, слегка выцветший листок бумаги, о котором сейчас и идёт речь, я обнаружила относительно недавно (вчера, если быть уж совсем точной). Разбирая новую партию книг, найденную среди обломков и прочего никому не нужного хлама разгромлённой на днях повстанческой базы, и пополняя тем самым всё расширяющуюся королевскую библиотеку, я заметила затерявшийся средь книг клочок бумаги.

До этого на подобных мелочах никогда не акцентировала внимание, однако в этот раз что-то интуитивное не дало мне просто выбросить письмо, совершив тем самым непоправимую глупость. Хотя если кто-то скажет, что прочитать его было глупостью куда большей, скорее всего, я не найду, что ответить.

Письмо оказалось написанным на международном английском, что слегка осложнило чтение и заставило меня перестать валять дурака. Но не более того.