Цитадель

Глаза прищурились и враждебно сверкнули из-под надбровных дуг. Каонэль неподвижно застыла, переводя непонимающий взгляд с эльфа на ворга и обратно.

- Настоящий? – не поверил рыжий.

- Нет, деревянный, - съязвил ворг, и вопросительно глянул на лавку рядом с Вардой.

Странник несколько секунд сверлил незнакомца взглядом. По лицу заскользили тени, на лбу от усиленной работы мыслей пролегла глубокая морщина. Уши встали торчком, сигнализируя всем – я готов к атаке, я грозен и опасен.

Окинув таверну пристальным взглядом, Варда на секунду остановился на гноме – хозяине этой богадельни, затем напряженно выдохнул и нехотя подвинулся.

- Ты правда можешь в кого угодно перекидываться? – спросил он недоверчиво.

Ворг уныло закатил глаза.

- Могу. Только не проси превращаться, а? Серьезно, - попросил он. - Очень надоело перед каждым представление устраивать.

- Ладно, - проговорил странник. – Хотя было бы интересно посмотреть.

Каонэль осторожно высунула нос из-под капюшона, показывая, незнакомцу – не один такой необыкновенный.

- Ворги? – спросила она вкрадчиво. - Что-то припоминаю, кажется, вы оборотни?

Варда нервно хохотнул и оперся спиной на стену. Правый локоть лег на стол, а левый - на спинку лавки. Теперь он мог смотреть прямо на чужака, а при надобности, дать пяткой в челюсть, не рискуя убить и превратиться в камень.

- Бедненькая, - проговорил рыжий, - совсем беда с твоей памятью. Ворги, сами по себе, редкость. Обычные оборотни перекидываются лишь в одного зверя, и то в лунную ночь. А ворги – в любого и когда хотят.

Варда посмотрел на Лотера, тот кивнул, рыжий продолжил:

- Хотя эльфы не очень ладят с воргами.

- Эльфы ни с кем не ладят, - бросил чужак.

Рыжий проигнорировал колкость, но предупредительный взгляд воргу послал. Мол, не слишком-то зарывайся. Пока в таверне – мы все в безопасности. А вот за забором…

- Считается, что они полузвери, в отличие от простых оборотней, которые все-таки больше люди. Нежить, например, воргов, как ализарина боится.

- Почему?- поинтересовалась эльфийка.

Лотер оскалился, качая головой, и проговорил:

- Удивляюсь, как много о нас знают. Но как только видят – все равно просят перекинуться. А нежить боится, потому, что кости у них вкусные. Вот почему.

Желтоглазая брезгливо поморщилась, носик задергался от воображаемой вони. Она тряхнула головой, избавляясь от красочных картин. Капюшон сполз назад, водопад серебристых волос высвободился и упал на плечи беспокойными прядями.

Лицо ворга изумленно вытянулось.