Изгнанная с небес

Во-первых, ее охранял Белонос, а он был посильнее каких-то сомнительных оберегов, а во-вторых, подвески бренчали при каждом движении, привлекая ненужное внимание.

Мира не могла дождаться прихода матери, то и дело перебирая ожерелье, которое собиралась подарить ей. Подвеска с чертополохом удачно вписалась в общую композицию и теперь по-настоящему стала оберегом.

Уже начало смеркаться, когда на пороге показалась сначала Рада, а затем Переслава вместе со Светгором. Мира, увидев родителей, радостно взвизгнула, спрыгнула на пол, и, не обращая внимания на последовавший недовольный упрек отца, подбежала к матери.

Переслава наклонилась, принимая дочь в объятия, а когда маленькие ручки сцепились у нее на шее, опустилась на колени. Поднять вверх ребенка ей бы не хватило сил.

– Радость моя, – прошептала женщина, поглаживая дочь по спине.

Мира отстранилась, отмечая нездоровый вид матери. Под глазами залегли тени, указывая на плохой сон. Волосы потускнели, а кожа была бледна. Быстрый взгляд на отца, и Мира отступила на шаг, почувствовав укол совести.

Мать была слишком слаба, а она вместо того, чтобы устранить проблему, позволила себе ребячество.

– Я подготовила подарок, матушка, – проговорила извиняющимся тоном Мира, протягивая ожерелье.

– О, какое красивое, – улыбнулась Переслава, коснувшись подвесок.

– Наклонись, матушка, – настойчиво продолжила Мира, намереваясь самолично надеть оберег.

Переславе оставалось только подчиниться, так как, судя по упрямому взгляду единственной дочери, та была настроена решительно.

Как только подвеска с чертополохом коснулась груди, Переслава почувствовала необъяснимую легкость. Мрачные мысли, что одолевали ее в последнее время, улетучились без следа. Она почувствовала запах свежести и вздохнула полной грудью, поднялась с колен и перевела взгляд на Светгора.

Мира довольно улыбнулась, замечая преображение матери и удивление в глазах отца.

– Это оберег, матушка. Никогда не снимайте его.

Расспросов избежать не удалось, но Мира была слишком довольна результатом и рассказала практически правду, опустив влияние духов Нави.

Все заслуги она приписала Ждане. Отец даже перестал сердиться на вылазку Миры в лес и позволил ей навещать знахарку, чтобы перенимать знания. Это было очень кстати, так как Мира собиралась изготовить отвар для матери из того самого волшебного цветка, прилипшего к ней ненароком. Без Жданы это было бы сделать очень проблематично.

Вечером Мира засыпала с улыбкой и с чувством выполненного долга.