Военная тайна

Военная тайна

Артём Демченко

Военная тайна

– Ну вот, Михаил Алексеевич, вроде бы всё, – врач убедился, что все раны зажили, убрал стетоскоп и снял халат. – Сейчас запишем всё в медкарту и выпишем. Удивительный Вы случай, однако, товарищ Морозов. Феномен! Можете одеваться.

– Спасибо, доктор, – улыбнулся рядовой. – На мне всё, как на собаке заживает.

– Что ж Вы о себе так, – засмеялся хирург и подошёл к пациенту. – Но соглашусь – такое я в своей долгой медицинской практике впервые вижу. Что-то беспокоит? Ногами, руками пошевелите, – Морозов сделал всё, как сказал доктор.

– Не болит? – Морозов замотал головой. – Ну-ка, давайте-ка посмотрим. Так, смотрим сюда, – доктор задвигал молоточек из стороны в сторону. – Что ж, похоже, Вы действительно поправились.

Доктор сел за стол и начал что-то записывать в медицинскую книжку.

– Ну что ж, товарищ Морозов, поздравляю, – улыбнулся врач. – Вы здоровы. Можете быть свободны.

– Спасибо, товарищ доктор, – улыбнулся Хранитель Добра и начал собираться.

– Тут в Вашем деле написано, что товарищи Булатов, Кошкарбаев и Проваторов нашли при Вас вещмешок, – вспомнил доктор.

– Не забудьте.

– Вы нашли его? Ох, спасибо, я думал, что всё… – облегчённо выдохнул Хранитель Добра.

– Вы так переживали за вещмешок? – удивился доктор. – Нет, не поймите, я бы тоже подарков домой привести хотел, но…

– Ах, нет, нет, что Вы! – отмахнулся Хранитель Добра. – То, что в этом вещмешке, бесценно. Это военная тайна.

– Загадками говорите, товарищ Морозов, – засмеялся доктор.

– Ну что ж, Ваше право. В личную жизнь не лезу. Вы можете быть свободны. Ваши вещи в регистратуре. Не болейте! И берегите себя!

– Есть, товарищ доктор! – улыбнулся Морозов и поспешил к выходу. На пути ему встречались десятки солдат, которых не пощадила война. Кто-то был без руки, кто-то – без ноги; в коридоре он натолкнулся на ослепшего лейтенанта, которого бережно вела под руку медсестра. Тысячи жизней, судеб покалечила война в предсмертной агонии. Она оборвала не одно поколение.

Скольких великих сыновей лишилось человечество из-за этой проклятой войны? Сколько могло появиться на свет учёных, писателей, врачей, великих художников, если бы жизни их отцов не оборвали пули? Эти мысли не давали Хранителю Добра покоя. Он подошёл к регистратуре, забрал вещмешок и направился к выходу.

Весна! В этом году она была особенно радостной. Никогда ещё Хранитель Добра не видел столь много счастливых людей, которые не стеснялись поздравлять друг друга.