Глоток свободы

Ведьма была бледной и ошарашенной, но продолжала молчать, как и положено по ритуалу, одновременно сдерживая мощь стихий, которые словно пробудились ото сна и теперь отчаянно старались вырваться. А так не должно было быть! Они с Иринэис досконально проверили последовательность проведения ритуала, чтобы не сделать ошибок. Да и насчет дополнительных вопросов Дара уточняла. Ничего запретного в них не было, если только девушка не сказала чего-то не так. Хотя, по мнению Дарины, все она сказала правильно, и даже в рифму, как и любили стихии… Что пообещала дополнительную плату, так это тоже по правилам.

В мире никто бесплатно не работает, даже высшие силы.

А тем временем контур дрожал, артефакты снова поднялись в воздух и начали крутиться вокруг своей оси. И вот тут Дарина испугалась, потому как в книге, которую они изучали вместе с Иринэис, ни о чем таком не говорилось! А когда рядом с острием каждого луча появилось марево цвета артефакта, девушка и вовсе перестала дышать. Но оказалось, что это только начало… Вскоре в разноцветном тумане начали проступать фигуры.

Дарина понимала, что пока она в круге – защищена, но вот подруги могут оказаться в опасности, даже Иринэис, хотя ведьма и имела власть над стихиями. Судя по тому, что ей было известно из уроков по магии, они с Ириной каким-то немыслимым образом разорвали грани мира, призвав на эту сторону обитателей других реальностей. Вот только проверять, несут они угрозу или нет, Дарина не собиралась.

Девушка на мгновение прикрыла глаза, понимая, что в круге стоит она и, видимо, ее ошибка привела к такому повороту событий.

А раз так, то и исправлять ее именно Даре. Очередное стихотворение сложилось моментально. Быстро прокрутив строчки в голове, дабы отсечь новую опасность, Дарина поторопилась его прошептать, поразившись тому, насколько хриплым стал ее голос:

Воздух, огонь, земля и вода,

Уберегите от бед навсегда.

И если пришел кто из мира чужого,

Станет навеки он ближе родного.

Коль не повернется лицом судьба,

Надеюсь, не буду я очень слаба.

В тот момент, когда прозвучало последнее слово, ветер стих, а в мареве разорванных граней показались мужские фигуры. Точно мужские, в этом сомнений не было. Высокие, статные, окутанные клубящейся силой. Увы, различить их лица Дарина не смогла, но цвет глаз запомнила отчетливо. Красный, подобный яростному огню, зеленый, как весенняя листва, темный, практически черный, словно самая плодородная земля, и синий, будто глубины моря.