Ворг. Успеть до полуночи

Глава 6

На дороге застыла принцесса и виновато хлопает ресницами.

Я зарычал от раздражения – ну что этой дурехе от меня надо?

- Ты как меня нашла? - спросил я.

Она немного помялась, накручивая рыжую прядь на палец, и отшагнула назад.

- Просто шла следом, - ответила она робко, так робко, что покраснели щеки.

Но меня этим не пробить, видал я, как даже гоблины теряют голову рядом с очаровательными человеческими девушками. Есть в них что-то притягательное. Слабые, беззащитные, совсем негодные по ворговским меркам.

Это я какой-то кривой – всех сирых и убогих собираю. Только после неудачного приключения с дочерью сыровара дел с людьми иметь не хочется. Бок целый месяц заживал от удара вилами.

- На что надеешься? – снова спросил я, чуть мягче. Неловко как-то рычать на женщину просто так.

В глазах принцессы блеснуло нечто вроде надежды, хотя волосы постоянно лезут ей в лицо, и трудно понять - что там за выражение.

- Надеюсь, передумаешь и возьмешь меня с собой, - произнесла она просто.

Я на секунду оторопел.

Встречать упертых девиц доводилось, непонятливых тоже, но такую простую и бесхитростную – впервые.

Грозно надвинув брови, я произнес:

- Человеческим языком, не ворговским, говорю - не могу и не хочу тебя брать.

- Придется, - произнесла она со вздохом.

- Назови хотя бы одну причину, по которой должен это сделать? – поинтересовался я, поднимаясь с земли.

Она поправила волосы и сказала спокойно:

- Ты не сможешь оставить беззащитную девушку одну в лесу.

- Уже оставлял, - напомнил я.

- Да, - согласилась принцесса, - но сейчас не сможешь. Потому, что я хорошая.

Мне аж смешно стало, вот упертая - напрочь отказывается воспринимать, что ей говорят.

- Может ты и хорошая, - проговорил я глухо. - Но я плохой.

Она подняла пушистые ресницы и посмотрела с такой надеждой и преданностью, что у меня аж зубы свело – нельзя так доверять полузверю.

- Не правда, - произнесла она. – Ты меня спас. Значит, хороший.

- Я ворг, - зарычал я, теряя терпение. - Бесчинствую, жру в три горла, таскаю дочек сыроваров на сеновал, нападаю, на кого вздумается.

Я хищник, многодушец и зверь. До хорошего мне, как до Великого Разлома на улитке.

- Нет, - покачала она головой. – Ты меня не оставишь.

Да что за напасть. С каждой минутой все больше наваливается.

Я пригляделся к лицу девушки. В левом глазу зрачок вытянулся, как у кошки. Похоже на небесный мор. Только у тех, кто им болеет, зрачки просто вертикальные, как трещины в роговице. Нелепые и уродливые.