Когти Соловья

«Не пощадил», — возразила та часть разума, что сумела остаться трезвой, — «Соловей не выполнил договор, теперь не имеет значения, принесёт ли он чешую».

Она честно пыталась заснуть, хотела во сне увидать брата, но сон так и не пришёл. Зато пришло утро. А вслед за ним — и день свадьбы.

Тиана в пышном белом платье походила на облако, спустившееся с небес. Регент, уже без пяти минут король, ведущий под руку молодую невесту, выглядел величественно в подбитом мехом алом плаще. Плащ совсем не годился для жаркой погоды, зато был одной из королевских регалий, на которые лорд Севил по закону не имел пока права, но кого волнуют такие мелочи.

Толпа рукоплескала принцессе и будущему королю. В дворцовом храме жрецы четырёх стихий провели пышную церемонию бракосочетания. Голос Севила звенел металлом, когда он произносил клятву, тихий голос Тианы не разобрал никто из гостей.

Когда главный жрец обвязал красной лентой руки жениха и невесты, и придворные принялись выкрикивать поздравления, Тиана вскинула голову, обвела взглядом толпу.

Кругом яркие наряды, блеск драгоценностей и улыбки. Множество улыбок, и все такие же фальшивые, как цветы зимой.

На выходе из храма новобрачные сели в белый паланкин, их ждала вторая часть церемонии — в отрытой всем ветрам пагоде на утёсе над морем предстояло призвать в свидетели духов стихий. Охрана окружила паланкин плотным кольцом, за ними потянулась длинная процессия придворных, за воротами присоединились и простые горожане.

Севил всю дорогу держал Тиану за руку, словно боялся, что она может разорвать ленту и сбежать. Тиана молчала и смотрела остановившимся взглядом на колышущиеся занавески.

Утёс четырёх стихий одиноким гребнем возвышался над городом и над морем. Здесь жрецы проводили празднества, ритуалы и казни. Причём в последнее время казней стало гораздо больше чем праздников. Преступников, приговорённых к смерти, но переживших позор на площади наказаний, торжественно отдавали морскому змею.

Такая казнь считалась почётной. Впрочем, несчастным, которых сталкивали со скалы, от этого было не легче.

На утёсе ветер трепал платье, свистел в ушах, а далеко внизу билось о скалы море. Море, которое забирало людей. Которое забрало Соловья, а ещё раньше — брата. Море, где Лиам обещал ждать её. Ждёт ли он до сих пор?

Жрец что-то долго говорил, вешал на алтарь духов ленту, снятую с рук новобрачных.