Когти Соловья

Сил и у Соловья почти не осталось, за каждый вдох приходилось бороться, но всё же он кинул непослушное тело в воду, в несколько гребков добрался до зверя, ухватил за шкирку, вытащил на остров. Рыцарёнок от такого соседства опасливо отодвинулся, но волк ни выяснять отношения, ни убегать не стал. Упал рядышком, тяжело дыша. Соловей оторвал лоскут от многострадальной рубахи и накинул ему на морду. Волк и тут не возмутился.

Рыцарёнок подозрительно затих. Соловей вновь отвесил ему оплеуху:

— Не спать!

Паренёк вскинулся, хватанул ртом горячего воздуха, закашлялся и пополз мочить высохшую рубаху.

Огонь не успокоился, пока не сожрал всё, до чего смог дотянуться. Не погас, ушёл с ветром на север. Там дальше — широкая река, ещё дальше — горы. На востоке — болота. Вроде сырость сплошная, но если б загорелись торфяники… Слава всем богам, духам и демонам, что огонь туда не пошёл. Сейчас через реку ему не перекинуться, значит, скоро сам погаснет. Главное, чтоб ветер не поменялся.

И всё же — случайность пожар или нет? Если нет, получается, что талласцам не так уж нужна их принцесса.

Последнюю мысль он высказал вслух, и закопчённый рыцарёнок тут же возмутился:

— Не может этого быть! За принцессу любой жизнь отдаст!

— Ага… Любой… как же. В вашем-то гадюшнике.

Рыцарёнок почему-то не возразил, Соловей даже удивился его покладистости.

Они сидели на голом пятачке земли, дышали по-прежнему сквозь мокрые тряпки. Волк-подросток лежал чуть в стороне от людей, насторожив уши, кусок рубахи он с морды скинул, но убегать не спешил.

— Где принцесса? — вдруг не поднимая глаз, тихо спросил рыцарёнок.

— В безопасности. Я надеюсь.

— Ты правда её не трогал?

— Кого? Тиану? Трогал, конечно. За разные места!

Рыцарёнок вскочил, но Соловей сбил его с ног ловким пинком.

— Сядь ненормальный. В этом смысле, — он выделил интонацией слово «этом», — я девчонку не трогал. И в шатёр она ко мне сама пришла. Тоже не затем, что ты, баран, подумал.

— Я испугался, — вздохнул мальчишка. — Принцесса Тиана… она… добрая и красивая.

— Добрая? — хохотнул Соловей, — что-то не заметил. Красивая? — он задумался. — Ну, может, когда-нибудь станет. Сейчас она похожа на жеребёнка.

— Жеребенка?! — возмутился рыцарь. Похоже, так его принцессу ещё не называли.

— Ага, — спокойно объяснил Соловей, — вредного, прыгучего и норовистого. Который сбежал от мамки и не знает теперь, что делать.