Полевая практика, или Кикимора на природе

Следом пришла икота.

— Что… ик… происходит… Апчхи… Почему… Апчхи… я… ик…

— Потому что самодовольный глупец, — хмыкнула Вита, подъезжая ближе и внимательно вглядываясь в друга. — Так и есть.

— Ничего… апхчи… не есть! — попытался возмутиться Трейс, но приступ икоты не дал ему и слова вымолвить.

— Да, а кто сомнительным личностям собственным именем представился? — начала увещевать болотница. — Как думаешь, у них есть серые маги? Проклясть тебя чем-нибудь простеньким и ждать, пока сам явишься.

— Не… ик… явлюсь! У меня… апчхи… родня… апчхи… есть.

— Миледи Сагра, например, — подсказал Джейс. Трейс мгновенно сник.

— А миледи — это кто?

— Бабушка, — пояснила Вита. — Она как раз серая. Одна из лучших специалистов столицы по проклятиям. Но они так давно не виделись, что сначала внуку придется объясниться и вымолить прощение у всех тридцати девяти жабок. Леди занимается селекцией, улучшает вид.

— Их… апчхи… двадцать…

— Было три года назад, — оборвала Вита. — Хотя у тебя есть козырь.

— Бабочковой?

Чувствуя шкуркой, что говорят о ней, мелкая и пупырчатая квакнула из сумки и пнула лапой крышку.

— Выпусти на волю бедняжку, — посоветовала Кира.

— Здесь… ик… ветер. Простудится… апчхи…

— Скорее, глупость подхватит. — Джейс был неумолим.

— Ребят, может, хватит? Вы как с цепи все посрывались! — не выдержала я.

— Болото все ближе, — туманно изрекла Вита и замолчала, погружаясь в себя. Мне же осталось только безуспешно смотреть ей в спину.

Лошади бодро двигались к цели, приближая нас к Риссе с рекордной скоростью. Трейс кулем лежал на седле: сжалившийся Альтар одолжил ему снотворного, честно признав, что проклятия не по его части и больше необходимого минимума он в них не смыслит. И если болотник был готов рискнуть, только бы освободиться от ежеминутного взрыва, то Альтар предпочитал доверить работу профессионалу. Или же он просто мстил Трейсу за его длинный язык. Подобную вероятность допускал и сам болезный, в чем-то даже понимая решение мага.

Остановок становилось все меньше, но никто не смел возразить: напасть, приключившаяся с Трейсом, заставила всех собраться и терпеть. Ради своих болотные готовы были пожертвовать умничанием и шкодничеством. Только одно давалось им с трудом — молчание, но и здесь пришлось смириться.

Холодный ветер поднимал клубы пыли, как будто матушка-природа выдала ему задание — провести генеральную уборку перед приходом весны.