Полевая практика, или Кикимора на природе

Есть мне не хотелось: во дворце кормили на убой, а уж по случаю возвращения блудной меня, с позором сдавшей сессию (по мнению большинства прислуги!), и вовсе наготовили на всю страну — горе заедать, не иначе. Обожр… Наевшись дальше некуда, я выкатилась из-за стола, а следом поднялась и Ванична.

И тут случилось непоправимое. Видимо, кто-то из свиты сообщил королеве о моем низком порыве, и мне, как дитю неразумному, выдали кирку и ведерко. И отправили на задний двор ковырять стену. Под чутким руководством инструктора, он же эмиссар по особым поручениям.

— И ковыряю я такая стену. Наевшаяся, кругленькая, ленивая, сама понимаешь! — Жабка понимала. Дергала лапками от переполнявшего ее понимания и на ходу ловила мушек. Маленьких, к счастью. — А вокруг собралось с полсотни слуг. И все по делам бегают. То крышку принести, то отнести. И с одной и той же бегают. Глиняной, с трещиной в виде молнии. Туда-сюда. Туда-сюда. Челночный бег сдают, не иначе. И дяденька этот стоит и глазами зыркает, зыркает, нет чтобы сказать что-нибудь.

О том, что кирка действительно сломалась в моих кривых руках, я предпочла умолчать. Жабке же было одинаково все равно, правду я говорю или художественно излагаю. Она млела и квакала под заботливыми руками и молодой луной. Я говорила про солнце? Так это тоже художественный вымысел. Кому же интересно будет слушать, что мы сидели на лавке, вокруг кружили комары (нормальные!), Жабка обслюнявила мне всю юбку, на колготках стрелка поехала, а эмиссар вообще козел; один рог кривой, а другой ему сломал кто-то!

— Дань, к тебе пришли, — сообщила мне Ванична, выглядывая из кухни.

Я хмыкнула. Врединой меня мог кто угодно назвать, но если одним за это прилетит, то другим ничего не будет. Почти. Возьму компенсацию бутербродами или ужином.

Кое-как спихнув Жабку на газон, я поднялась и задумалась. Если пришли болотники, то поправлять юбку — дело недостойное и скучное, если же не болотники, следовало бы переодеться, ибо встречать гостей в таком виде — дурной тон, который недопустим в присутствии родственников.

Размышляя, что же предпринять, я обошла дом и спряталась за углом. Входная дверь проглядывалась с трудом, но все же разглядеть моднючие ботинки я смогла. Кажется, у Альтара таких не было, а значит, кураторская проверка на предмет соблюдения нравственных норм не имеет места.