Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

"Человек-невидимка, — осенило Пелагею, когда она спустила ноги на пол. — Так это ты приходил ко мне в лесной дом, ты вернул перстень. И способность превращаться в горлицу тоже ты отнял. Ну держись теперь! Доберусь я до тебя".

Она прошаркала в тапочках к двери, впустила двух маленьких негодующих псов, и Пирог немедленно учуял запах Нового года. А Кекс взял след Каланчи.

Пелагея все еще ощущала у себя на горле его скрюченные пальцы. Поэтому без промедления отправилась в ванную. Смыть с себя этот смертельный ужас. Больше мыльной пены, сильнее напор воды.

Заснуть после банных процедур ей так и не удалось. В голову лезло всякое, в основном — с кровавыми подробностями. Как бы она собственноручно отутюжила убийцу, если бы ее не подвели силы. Как бы вытрясла из Шлафрока душу и заставила поплатиться за кражу дара.

Горлица, в которую она когда-то умела превращаться, смеялась, как маленькая зловредная ведьма, которой плевать на жизненные трудности с высокой колокольни. И порой Пелагее очень не хватало этого злодейского смеха.

— Надо искать снежную карусель, — поделилась она наутро с Юлианой и Эсфирью. Помятая, растрепанная, на себя не похожая.

— Карусель? — оживилась Юлиана. — Обожаю карусели!

Глава 7. Ювелирная работа

Пелагея обнаружила, что натянула юбки шиворот-навыворот, и принялась переодеваться. Она подавленно известила подруг о новом покушении, и те хором ахнули.

— Смотрю, ты популярна, — с долей зависти сказала Юлиана.

Пелагея кисло заметила, что популярность у киллеров едва ли добавляет преимуществ.

— Если бы я уже не принадлежала Киприану, парень точно бы попался в мои сети, — мечтательно изрекла Юлиана. — Я о том эффектном красавчике в халате. Мы его у качелей встретили. По-моему, он немного "ку-ку", со сдвигом по фазе. Но это поправимо.

— Больно загадочен, — хмыкнула Эсфирь. — И похоже, он за нами следит. Не рискнула бы я с таким связываться.

— Но выбора маловато, — отозвалась Пелагея, шнуруя ботинки.

— Ой, что ты, что ты! — замахала руками Юлиана и стала поспешно собираться. Она сдёрнула с вешалки чье-то пальто, которое выросло до нужных размеров вместе с остальным домом. — Никаких могил! Тоже мне, придумала. Кекс, Пирог! Готовьте свои носы! Идем искать снежную карусель.

Пелагея пребывала в таком скверном настроении, что у нее не нашлось добрых слов даже для светлячков.