Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

А пока полежи тут.

Невеста сделала шаг и толкнула ее на ближайшую койку. Потеряв равновесие, Эсфирь ударилась о стену головой, но боли не ощутила. Ей вдруг стало совершенно всё равно, что с ней будет дальше. Она не сопротивлялась, пока кукла привязывала ее к койке ремнями. Зачем сопротивляться?

Не нужно есть, не нужно двигаться. Не нужно бороться за выживание. Разве ж это не прекрасно?

Глава 12. Логово куратора и ошарашенный призрак

Надо было видеть, как тонко и неподражаемо усмехнулся Ли Тэ Ри, провожая взглядом стайку кандидаток.

В Пелагее зрело нездоровое желание открутить этому красавчику голову. Чтобы ни поводов, ни, что называется, инструмента для расточения улыбок у него больше не было.

Смертельное оружие, стреляющее навылет. Тяжелая артиллерия. Преступное, противозаконное средство. Вот что такое его улыбка.

Гарди, кажется, упоминал о заоблачной конкуренции и ожесточенном соперничестве между претендентками. Дескать, барышни со всего света съезжаются в ледяной дворец, лишь бы только поступить к шефу в обучение.

Потому что он невероятный сердцеед со сногсшибательной харизмой. Непробиваемый, принципиальный индивидуалист, по которому сохнет полмира. И требования у него завышены до небес. Требования, разумеется, к мастерству.

Еще никому не удавалось устроиться на стажировку именно к шефу. К кому угодно попадали, только не к нему. А этот — мрачный, неприступный эталон красоты — так и ходит без учеников.

Пелагея плелась за куратором и гадала: может ли быть, что шеф и Ли Тэ Ри — одно и то же лицо? Да нет, вряд ли.

Впрочем, несколько пунктов из анкеты совпадает. Куратор, вон, и мрачный, и красивый. А девицы, что им встретились, еще немного — и повисли бы у него на шее.

Не ради него ли они, часом, обивают пороги ледяных экзаменационных аудиторий? Слетелись, понимаешь, как на какой-нибудь царский отбор невест. Смешно даже.

Пелагея остановилась и насупилась. Уж она точно не станет подлизываться к шефу, будь он хоть сам царь.

И соперничать для нее последнее дело.

"Я не участвую в ваших глупых играх", — проворчала она, стиснув банку, где, мерцая, бились светлячки.

— Что застыли, уважаемая? — с некоторым раздражением окликнул ее Ли Тэ Ри. — Поторопитесь и прекратите глазеть по сторонам!

Она заскочила за ним, когда он уже почти захлопнул дверь. И обомлела: обитель куратора состояла сплошь из серебра и платины. Никакого вам ненадежного льда, исключительно драгоценные металлы.