Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

Чтобы носились по дому два хвостатых обормота по кличке Кекс и Пирог, а Граф Ужастик царственно восседал на диване...

— Погодите! Как настроитесь, дайте мне прикрепить к вашим дверям по виртуальному маячку, — спохватилась Паока. — Не прыгайте без него, иначе заблудитесь и не сможете вернуться!

Пелагея пропустила ее реплику мимо ушей. Она так углубилась в собственные мысли, что начисто выпала из реальности. Два шага — прыжок, два шага — прыжок, два шага...

Никто не успел ее остановить — Пелагея попросту растворилась в мятном полумраке стадиона, потеряв ботинок.

Тот был ей малость великоват.

"Только этого нам не хватало", — пробормотала Паока, закрываясь капюшоном от нехорошего предчувствия.

А Пелагея, если не брать в расчёт утерянный башмак, телепортировалась весьма удачно, даже несмотря на отсутствие подстраховки. Да, занесло ее невесть куда: ёлки, палки, лес густой, еще и снега по колено. Зато никаких переломов и оторванных конечностей. Красота.

Правда, в одном ботинке далеко не уйдешь.

Тем более по сугробам. Мёрзнуть — Пелагея, конечно, не мёрзла. Пресловутый перстень с функцией обогрева сбоев не давал. Но вот промокла изрядно.

Когда она добралась до неказистой избы за ёлками, новое платье под цвет души можно было выжимать.

Лес обступала бесконечная ночь. Зловредно скалился в небе щербатый месяц. Где-то вдалеке разгоралось северное сияние. А над крыльцом избушки теплилась керосиновая лампа.

Пелагея уже собралась ворваться в избушку и на правах усталого путника потребовать баню, сухую одежду и ужин.

Но тут ей навстречу кто-то выскочил. Кто-то высокий и гибкий, весь в шуршащих летящих тканях.

— Мотать надо отсюда, пока меня еще где-нибудь не заперли, — процедил этот кто-то голосом Эсфири. Очень испуганной и неуверенной в завтрашнем дне.

Эсфирь не была готова встретить снаружи Пелагею, поэтому врезалась в нее, едва вылетев за порог. Обе, само собой, повалились в ближайший сугроб.

— Вот так встреча! — поразилась Эсфирь, очутившись сверху.

— Я как раз гадала, где тебя носит. Со мной такое приключилось, не поверишь!

— Со мной тоже, — проворчала Пелагея. И немедленно усовестилась оттого, что даже не пыталась отыскать подруг. Вечно находилось что-нибудь срочное, важное или сбивающее с толку.

— Слушай, пойдем отсюда, — поднимаясь, сказала Эсфирь. И протянула ей руку. — Ух, ну ты и горячая! Как печка! И мокрая...

— А куда пойдем? Я надеялась обсушиться в избушке.

— Нельзя туда. Там Вершитель.