Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

Почему, ох, ну почему Эсфирь не предупредила ее заранее?

Пелагея перед соблазном не устояла, выхватила у Вершителя мешочек и по старой привычке попыталась запихнуть его в карман. Безуспешно. Вот зараза этот куратор! Нарочно заказал для нее платье без единого кармашка!

Тут выходило одно из двух: либо эльф терпеть не мог карманы, либо ненавидел Пелагею. Что ж, придется нести семена в руках.

— Наведывайся почаще, — сказала Эсфирь, выйдя с ней на крыльцо. — Мне уже дали понять: я здесь подневольная.

Так что провожу тебя до ближайшей тропинки и вернусь обратно. И знаешь что, зря ты взяла семена. Если из них что-нибудь путное вырастет, то не исключено, что тебе придется отдать Вершителю нечто ценное. Очень ценное, понимаешь?

— По-моему, ты преувеличиваешь, — сказала Пелагея. — Это ведь всего лишь семена. А ты? Что мешает тебе уйти?

— Вершитель оказал мне одну услугу, и теперь я должна учиться у него, чтобы стать преемницей, если однажды он исчезнет.

— Загадками изъясняешься, — вздохнула Пелагея.

— О, а вот и тропинка! Тогда дальше я, пожалуй, сама.

Они прошли по снегу всего ничего, а месяц уже высветил между ёлок довольно широкую тропу, едва припорошенную снегом. Откуда она, спрашивается, взялась?

Пелагея понятия не имела, что буквально пять минут назад эту тропу вытоптало стадо оленей. Что олени пронеслись сквозь чащу со скоростью света и за их рога цеплялось разномастное лесное зверьё, а гонку сопровождали полчища пятнистых сов.

Подруги не знали, откуда взялась тропа, поэтому простились с лёгким сердцем и пообещали друг другу не теряться ни в пространстве, ни перед теми, кто на полголовы выше и на полторы тысячи лет старше.

Глава 15. Будешь жить со мной

Пелагея двинулась по тропе — и у природы тут же слетели тормоза. Мир сошел с ума. Он встал на дыбы и пустился вскачь, резвым таким галопом. Мимо проносились луны и созвездия, отовсюду слышались шорохи, шепотки и странная лёгкая дробь — будто горох высыпается из дырявого мешка.

Вокруг Пелагеи, не задевая, выли вьюги, росли сугробы, скакали олени с чудными ветвистыми рогами, вились стаи ворон. А она шла наедине с собственным шоком. По тропе, лишь слегка присыпанной снегом. И никак не могла взять в толк, что вообще происходит.

Пелагея терялась в догадках ровно до того момента, пока на нее не напали. Снова. В который уже раз?

Кто-то толкнул ее сзади, опрокинул на землю, навалился — и давай душить.