Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

Помнишь? Услуга за услугу. Ты сдуваешь пылинки с моего экспериментального образца, а я…

— А вы возвращаете мне мою женщину, — помрачнев, грубо перебил эльф. — Вы сказали, она не умерла. Тогда где она?

— Терпение, дружище. Всему своё время. У твоей женщины стёрлись воспоминания. Ее надо подготовить. Направить, так сказать. Подожди. Скоро я представлю вас друг другу.

Глава 16. Ошеломительные новости

Пелагея обнаружила платье без карманов на одной из многочисленных полок, переоделась и прилипла к инкрустированной двери, чтобы подслушать всё до единого слова.

Подслушала. Обомлела. Потеряла дар речи и попыталась переварить вводные данные.

Данные перевариваться не спешили.

Кристалл у нее в груди, возлюбленная куратора и Вершитель, по просьбе которого эльф вызволяет из передряг ее, Пелагею. Беспорядочные мысли наседали друг на друга, вертелись неуправляемой каруселью. В голове гудело, как в растревоженном улье.

Значит, вот, как обстоят дела! Внутри у нее спрятан живой кристалл. И похоже, она всё-таки не фея и даже не человек, а какой-то безумный экспериментальный проект Вершителя.

То-то он ходил вокруг нее кругами и многозначительно хмыкал! Ясно всё теперь. То есть, ничего, решительно ничего не ясно.

Какова природа кристалла? По какой причине он достался именно Пелагее? И что, выходит, куратор к ней чувств не испытывает, а его внимание и забота — всего лишь один из пунктов договора?

Впрочем, она и не рассчитывала на взаимность. Да и о какой взаимности может идти речь, если у нее самой чувства в зародышевом состоянии? Ее слабая симпатия к эльфу — вовсе не любовь.

Далеко не любовь. Разве она вообще способна хоть кого-то любить?

И вата в голове, и непробиваемый стеклянный кокон — всё это, как выяснилось, симптомы чудовищной бессердечности. Кристалл вместо сердца. Сердцезаменитель синтезированный. О каких глубоких чувствах в такой ситуации вообще может идти речь?

Пелагея не успела толком расстроиться, потому что у нее за спиной внезапно зажужжал лифт и оттуда с превеликим трудом вылез широкоплечий Гарди, хозяин гигантской козы.

Видимо, лифт не был рассчитан на столь габаритных персонажей.

— Ну вы даёте! — громогласно поразился Гарди, запуская пятерню в растрепанную пшеничную шевелюру. — Откуда у вас деревья?

— Волшебные семена, — сухо пояснила Пелагея, отделяясь от двери.

— А еще остались? Мне бы козу покормить… Хотя я ж не затем пришел, — опомнился тот. — Я в метадом заглянул, вас проведать. А вы, говорят, переехали.