Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

И лишь теперь заметила, что он хромает, а штанина у него на ноге щедро пропитана кровью.

— Ой, погодите! Вы ранены?

— Снаружи поговорим.

Он сердился. Он определенно сердился на Пелагею. Ну еще бы: бросила его посреди снегов, сбежала, несмотря на запрет, на своих двоих притопала прямиком к его заклятому врагу.

Да уж, на снисхождение куратора нечего было и рассчитывать.

Но оказавшись на поверхности, Ли Тэ Ри, вопреки ожиданиям, не стал ее ругать. Даже выговора не сделал.

— Как ты провернула тот фокус? — с места в карьер спросил он, уместив руки у Пелагеи на плечах и вглядевшись в ее лицо.

— Как у тебя получилось остановить Джету Га? В ОУЧ за тобой таких способностей не наблюдалось.

— Не знаю. Оно как-то само, — отчаянно краснея, промямлила Пелагея. — Но всё-таки, ваша рана. Ее надо обработать, перевязать...

— Секунду.

Куратор отошел подальше, проделал руками какие-то хитрые движения и завернулся, как в одеяло, в вихрящийся черный смерч.

— З-з-зелень сушеная, — остолбенела Пелагея.

Из смерча вместо куратора вышел, прихрамывая, снежный барс.

— Садись, — велел ей этот мохнатый чревовещатель. — Скоро действие твоих чар завершится. Надо убираться отсюда.

До чего же удобно быть метаморфом. Три здоровые лапы куда лучше, чем одна здоровая нога.

… Пелагею снова куда-то несло. На сей раз сквозь выцветшее лето, по каменистой равнине, верхом на барсе.

— Мне показалось, или я как-то поспособствовал… Кхм, увеличению твоей силы? — расслышала она в промежутке межу свистом ветра в ушах.

Пелагея икнула и вновь начала заливаться краской.

От ответа на столь неоднозначный вопрос ее избавил снаряд, прилетевший ей аккурат между лопаток.

— Ой! — пискнула она. — Ой-ой-ой! — И из положения сидя медленно переместилась в положение лёжа, едва не выдрав из барса по клоку шерсти.

— Что с тобой? Эй, не пугай меня так!

Похоже, зверюга остановился и быстренько превратился обратно в эльфа. Эльф тряс Пелагею, бил по щекам, пытаясь привести в чувство, но она уже мало что соображала.

И мир вокруг представлялся ей не более чем фантасмагорией, где сама она — мираж, которому суждено исчезнуть.

«Слушай, слушай меня, — набатом звенело у нее в голове. — Я Джета Га. Хочешь увидеть свою подружку и ее псов живыми, приходи одна. Без эльфа. Местоположение моего штаба тебе уже известно. Пока!»

Подло атаковать со спины и посылать сообщения посредством болевых снарядов — это что-то новенькое. Кто бы научил Джету Га пользоваться, скажем, почтовыми голубями.