Снегурочка

– Раньше он на дорогах купцов и честных людей грабил, но Илья Муромец поучил его уму-разуму и с тех пор, Соловей у нас обучает музыке. Привычки, конечно, разбойника, но ведает интересно, – весело щебетала Метелица, пока мы шли до класса.

– Надеюсь он не свистит в стенах школы?

– Нет, что ты. Кощей вмиг накажет. В нежить может обратить.

Тут же вспомнилась угроза от Бабы–Яги, когда пряталась за углом с Бойда́ном. Выходит, это были не пустые угрозы?

Пока шли по коридорам, я нервно оглядывалась по сторонам, незаметно скрестив пальцы на удачу.

Не хотелось встречаться ни с Бойда́ном, ни с Яром. С последним особенно. Но к счастью мне на глаза так никто не попался.

В классе оказалось шумно, как собственно везде, где имеются ученики. И трель звонка оповещающего начало урока, все проигнорировали продолжая сидеть где кому и как удобно. Лишь когда спустя пару минут дверь в учебную комнату отворилась впуская мужчину среднего возраста, низкорослого с лихо закрученными усами, ученики соизволили занять законные места.

Горевшее любопытство погасло как спичка на ветру: Соловей-разбойник оказался ничем не примечательным мужчиной татарской наружности. Я-то уж рассчитывала на необычную внешность, как у многих здешних сказочных героев этого мира.

Заняв место у учительского стола, Соловей обвел всех учеников острым взглядом.

– Домашнее задание сдаем.

Ученики зашуршали пергаментами, кто-то передавал тонкие дощечки с выжженными письменами. Лишь я одна осталась не у дел.

– Дубыня, домашнее задание касалось всех.

Где твое? – строго поинтересовался Соловей, сдвинув кустистые брови к переносице.

– Дык, зачем мне стишки какие-то писать? Я богатырь, – парень поиграл могучими мускулами, повертел бычьей шеей. Некоторые девушки засмущались, прикрывая улыбки ладонями.

Действительно, такому не нужна ни эстетика, ни культурное просвещение, он годится лишь для махания кулаками-кувалдами. У него мозги для чего-то больше не заточены.

– Срок до пересдачи даю три дня.

А сейчас к Горынычу на отработку.

– Только не к нему, – страдальчески взвыл Дубыня.

– Ты же богатырь, – каким-то уж елейным голоском пропел Соловей пряча лукавую улыбку в усах. – Иди, доказывай свою удаль богатырскую.

– А почему не к Кузьмичу? – шепотом поинтересовалась я у Метелицы, молясь чтобы и я на отработку не попала. Хотя я же новенькая, на уроке этом впервые.

– Кузьмич мягко к ученикам относится, а у Горыныча не забалуешь. Не завидую Дубыне.