Семя Зла

И я смогу жить, жить легко и просто, без всяких сомнений, горечи, боли и чувств. Но я забуду все, все чувства, мое сердце станет ледяным.

Он обещал мне, что ты не узнаешь об этом. Я не хотел, я подумал, что ты начнешь бояться еще сильнее… все эти вспышки гнева…, — тихо и горько ронял Виктор. — Вот что он имел в виду, говоря мне о выборе. Но разве в этом есть выбор?! На самом деле, здесь нет выбора! Это буду уже не я, не я, Аннет! Зачем тебе знать это? Мне не нужна такая жизнь. Даже если мне стало бы совсем невыносимо, я… никогда бы не пошел на это.

Аннет сосредоточенно смотрела на Виктора, понимая, почему он не хотел говорить с ней о старике и об их разговоре.

— Я не хотел, чтобы ты что-то спрашивала. Какой в этом смысл?! Но, видно, его слова так засели в тебе! И эти твои видения… ты все же узнала.

— Значит, я должна была узнать, — тихо прошептала Аннет.

— Нет! Зачем?! Чтобы ты еще больше боялась?! Что я мог сказать тебе? Что во мне живет что-то страшное, и оно убьет меня, и я могу спастись ценой твоих страданий.

— Виктор, но если…, — Аннет боялась произнести слова о том, что они не найдут Франческу, но он понял ее. — Это слишком жестоко, — прошептала она. — Неужели вправду больше нет никакого выхода?!

Юноша встревоженно взглянул на Аннет, он понимал, о чем она думает.

— Но если мы ее не найдем, — отчаянно прошептала Аннет, — я… не думай обо мне, Виктор! Я вынесу все, и ты останешься жив. Ты будешь жить!

— Я не хочу, я не смогу так жить! Тем более, зная, что я…

— Но ведь ты забудешь меня.

— А ты?!

— Я… я просто буду знать, что ты где-то есть. Нет, не ты, но… живешь, — в отчаянии пролепетала она.

— Аннет! Что ты такое говоришь! — воскликнул Виктор. — Я не хочу, чтобы ты думала об этом. Я и не говорил с тобой, зная, что ты упряма, и будешь выдумывать Бог знает что. У меня нет ни выбора, ни выхода, кроме одного — найти Франческу. И если нет, по крайней мере, я останусь собой и никого не заставлю страдать, даже если мне осталось совсем немного.

Аннет с отчаянием взглянула на Виктора, она чувствовала полное бессилие перед жестоким роком, нависшим над ними, который казался ей сейчас непреодолимым. И то, как спокойно он говорил сейчас о самом страшном, еще больше удручало Аннет. Она готова была на все для его спасения. И Виктор понимал, что она сейчас будет терзаться этой мыслью еще больше, чем прежде, и если говорить об этом, то сейчас и все до конца.