Семя Зла

Дом на миг исказился, вытягиваясь вверх, а громоздящиеся тучи, словно спустились вниз, чтобы поглотить его во тьму. Дом быстро принял прежние очертания, но теперь он выглядел каким-то особенно зловещим. От видения молодых людей обуял такой дикий страх, что они, не сговариваясь, бросились прочь, не разбирая дороги, прямо через пустырь, к еле заметной за высоким кустарником улице. Выбежав на освещенное пространство, они остановились и, немного придя в себя, свернули в крошечный скверик и присели на лавочку.

— Мне стало так жутко! — все еще дрожа, вымолвила Аннет.

— Но все-таки там кто-то был.

— Я думаю, нужно еще раз прийти к дому утром, взяв портрет, в сумерках просто все выглядит очень странно, — предположил Виктор, понимая, что сумерки плохое объяснение произошедшему.

Хотя он и был испуган, но в нем сейчас преобладало спокойствие и сосредоточенность. Аннет взглянула на Виктора. Сейчас она чувствовала в нем решимость и уверенность, что ее порадовало.

— Да, мы так и поступим, — согласилась она. — А если ничего не выйдет, то придем еще раз уже вечером.

Виктор кивнул.

— Тогда встретимся утром у торгового центра, Аннет. Хорошо?

— Да.

Виктор огляделся.

— Я совсем не знаю этот район, — произнес он. — Нужно поискать автобусную остановку.

Они вышли из сквера и пошли вдоль широкой освещенной улицы. Сумерки сгущались, и Виктор чувствовал себя хорошо. Он шел молча, вспоминая их первый вечер. Проходя мимо большого магазина с зеркальной витриной, он взглянул на их мимолетное отражение: они рядом, вместе.

Сейчас Виктору стало так легко и спокойно, и он хотел сохранить в душе это ощущение надолго. Аннет тоже шла молча, задумавшись, она пыталась понять, что значит четверостишие про ключ и пока не находила ответа.

***

Утром Виктор и Аннет вновь оказались на пустыре. Над домом по-прежнему громоздились тяжелые тучи, хотя день был солнечным и теплым. Виктору это не предвещало ничего хорошего: уже с утра он ощущал легкий озноб, а то, что ему приходилось сейчас быть на улице, могло усугубить его состояние.

Но он старался не обращать на это внимание, Виктор уже привык сносить холод, и сейчас, когда появилась надежда на спасение, это так не пугало его. Дом по-прежнему был заперт и пуст.

«Может быть, жилец этого дома теперь не здесь, — думала Аннет. — А нам все померещилось. И нужно искать его, но где и как?»

Она боялась высказать свою мысль Виктору.

— Наверное, это бессмысленно, мы можем пробыть здесь целый день, но…, — начал Виктор и неожиданно замолчал.