Мой новый твой мир

— Вот так, Марс! Ну-ка, а если вот так?! Я смогу создавать миры, менять границы материи, а ты, Марс? Аха-ха-ха!.. Я смогу…

Парень продолжал что-то говорить, шипя и разбрызгивая слюну словно одержимый. Рычал что-то о собственном великом будущем, а я уже не слушала его. Неожиданно ощутила, как что-то горячее коснулось моей руки, а следом боль пронзила предплечье.

— Ах! — Я дернулась вбок, словно стараясь уйти от неожиданного удара. Застыла, не веря собственным ощущениям, ведь никого рядом со мной не было, а Аксель находился в нескольких метрах.

Новый, будто фантомный удар достиг своей цели, и я ощутила боль в руке. Теперь я была уверена, это мне не показалось, жуткое ощущение, словно чужая боль и ярость стали практически осязаемыми! Неужели об этом и говорил Роутек на последних лекциях? Возможно ли, что Аксель настолько силен, что способен практически материализовать собственные эмоции?

Когда весь процесс работы с симулятором контролировался преподавателем, ни о чем подобном и речи идти не могло.

Никто не был способен ни разорвать пространство, чтобы найти выход в реальном мире, ни прошить его насквозь. Кроме уже практически мифических экстренсов. Я метнулась в сторону, туда, где замер один из приятелей Акселя, толкнула его, стараясь добраться до управления и выключить устройство, но получила очередной болезненный тычок и отшатнулась.

Секунда, и сквозь шум и гул в аудитории я услышала, как за спиной взвыл Родж, а затем что-то с грохотом ударилось в стену.

В аудитории повисла странная тишина, что мгновение спустя взорвалась яростным криком Роутека:

— Какого черта?! Что тут происходит?!

Я оглянулась и увидела, как он оттолкнул с пути держащегося за руку Роджа и в несколько шагов преодолел расстояние от двери до того места, где окутанный искусственно созданным пространством стоял Аксель.

Глава 24

— Идиот! — заорал Роутек и мгновение спустя рванул в нашу сторону.

Аксель же, что все так же стоял в центре круга, дернулся, но не смог сдвинуться с места — материя, созданная им внутри симулятора, держала своего создателя намертво.

Приятель Акселя, чье имя я так и не удосужилась за все это время запомнить, отшатнулся, хватая меня за руку, дергая к себе и пытаясь, кажется, прикрыться мной от разъяренного мужчины. Толкнув меня к приближающемуся преподавателю, он рванул к двери. Только не успел сделать и пары шагов, как шумно рухнул на пол, споткнувшись на ровном месте.