Поцелуй тёмного принца

Когда тебе больше трехсот лет, тебя уже трудно удивить. Эта жертва удивила.

Она думала, что сможет убежать от вампира? Рейнольд ухмыльнулся, бесшумно подкрадываясь сзади к девушке. Она без сил упала на землю, тяжело дыша. Подняла голову к небу, пытаясь вдохнуть больше воздуха. Черные прямые волосы водопадом спадали на плечи и спину. Вампир уже предвкушал, как услышит крик ужаса. Не то чтобы Рейнольд любил пугать невинных дев, для него это все было больше забава.

Девушка быстро развязывала завязки на сорочке, чем очень заинтересовала мужчину, и стоило вампиру оказаться перед ней, как беглянка распахнула ворот, и красный рубин, впившийся в нежную кожу, блеснул на ее груди.

– Темный бог, ты знаешь, что это? Ты можешь мне помочь?

Бывшая жертва не смотрела на Рейнольда, опустила взгляд на землю. Он ощущал ее страх и потому молчал, наслаждаясь произведенным эффектом. Бледная кожа, пухлые губы, измазанные чужой кровью, прозрачная сорочка не скрывала девичьего тела, но сейчас Рейнольда мало интересовало созерцание манящих полушарий.

Гораздо интереснее было, как у человеческой девушки в груди оказалась брошь Шилды. Чистокровная – другого не было ответа. Кто же спрятал ее здесь? Возможно, даже враги его клана.

Только в крайних случаях вампиры пользовались брошью, когда надо было скрыть вампиреныша от врагов среди людей. Шилда скрывала запах и сущность ребенка от вампиров, с таким украшением в груди дитя продолжало жить как человеческий детеныш: не боясь света, без жажды крови, сердце билось как у людей.

Мужские пальцы потянулись к броши, прикоснувшись к нежной коже груди, девушка вздохнула. Шилдо налилась и скоро сама бы вышла из тела, значит, незнакомке уже есть двадцать один год. Женщины-вампиры застывали в этом возрасте и прекращали стареть. Рейнольд обхватил рубин и потянул на себя. Чистокровная вскинула голову, голубые глаза, как утреннее небо, которым он успевал любоваться, пока солнечные лучи не опаляли его кожу, наполнились слезами. Стон сорвался с губ, и тонкие пальцы, еще горячие, как у людей, обхватили запястье вампира.

– Больно, – выдохнула девушка, прикрыв глаза, прозрачные слезы лились по щекам.– Потерпи, – прохрипел Рейнольд, медленно вытаскивая из вампирского сердца длинную иглу.

Кровь хлынула из раны, и мужчина не сдержался, припал ртом, жадно глотая. Слишком сладкая, вкусная была кровь у чистокровной. Вампир остановился, когда полностью насытился. Язык коснулся напоследок ранки, которая на его глазах затягивалась.